Глава 2471. Раненый Император.
Аура внутри Великого Мира стала какой-то необычной…
Как только Моюй прошёл через Барьер, он сразу почувствовал перемены. В мире появился Поднебесный — некий Человек, подобно ему самому, соприкоснулся с Великой Руной.
Поднебесные действительно имели право на контакт с Истоком. Однако чтобы стать Владыкой Мира, одного лишь статуса Поднебесного низкой Категории было недостаточно. В своё время в Великом Мире было множество Поднебесных, но никто из них так и не смог стать его полноправным Владыкой. Моюй добился этого лишь потому, что спас Руну и удостоился её особого расположения и признания. В противном случае, будучи всего лишь Сувереном, он бы ничего не значил для Мира Шестой Категории.
Некромант активировал Пространственные Врата и бесшумно проник в самое Ядро Мира, к Руне. Окинув взглядом просторы, он холодно усмехнулся:
— Этот Поднебесный совсем не занимается делами мира!
В Великом Мире по-прежнему существовал лишь один Путь Богов — тот самый, который он возвёл сам. Этот Путь вел прямиком к Истоку, и те, кто достигал Ранга Суверена через него, были несколько сильнее остальных. Сейчас это был единственный Путь Богов. Обычно Поднебесные уже обладали способностями к их созданию, тем более что сейчас у Великого Мира было достаточно ресурсов, но этот новый игрок ничего не предпринял.
Моюй подошёл к Истоку и тихо произнёс:
— Дай-ка посмотреть, что же ты натворил…
Он установил связь с Истоком Великого Мира, желая узнать, что именно произошло здесь за время его отсутствия. Исток почувствовал Линь Моюя и отозвался радостной аурой. Юноша знал, что он — единственный Человек, получивший полное признание Великой Руны. Будь на его месте кто-то другой, она не была бы так любезна.
С её помощью Моюй наконец увидел этого нового Поднебесного. Это был красивый молодой человек. Судя по всему, он тренировался не слишком долго и явно был Гением. Однако взгляд его был мрачным, полным мелких корыстных помыслов, что Моюю сразу не понравилось. И дело было даже не в мрачности, а в той злобе, что крылась в самой глубине его глаз.
Душа Некроманта обладала невероятной остротой, и особенно здесь, в Великом Мире, где эта способность достигала своего пика. Ему даже не нужно было вступать в прямой контакт, чтобы понять суть этого человека. Он уже узнал, что нового Поднебесного звали Ши Хаотянь, и ему было чуть больше десяти тысяч лет.
Когда Моюй последовал за Указом Моря Миров, Ши Хаотянь только недавно стал Сувереном. Спустя пять тысяч лет он совершил резкий скачок и превратился в Поднебесного. Такой Талант можно было назвать поистине поразительным. Но Ши Хаотянь явился к Великой Руне, ведя себя властно и самоуверенно. Он тщетно попытался стать Владыкой, но Руна безжалостно отвергла его. Великий Мир совершенно не признавал его; какой-то Поднебесный низкой Категории для него ничего не значил. Ши Хаотянь, кажется, тоже осознал, что это дело было ему не по зубам, и не стал настаивать. Однако по его угрюмому взгляду было видно, что он не смирился.
— Талант хорош, но помыслы нечисты… — негромко заметил Моюй.
Он знал, что такие игроки ради собственного Пути Развития были готовы на всё. Этот представитель Человечества определённо следовал Путём, который кардинально отличался от Пути Некроманта.