Глава 2737. Насмотрелся?

Буддист поперхнулся кровью; мощный удар Карающего Разряда отбросил его назад. Шесть светящихся лотосов за его спиной потускнели и замерцали, готовые вот-вот окончательно исчезнуть. Орел, отбросив остатки подавляющей Силы обращения, с яростным криком бросился в новую атаку.

Войдя в состояние «Истинного Тела», он превратился в призрачную Энергию и пронёсся прямо сквозь тело Кшитигарбхи. В то же мгновение внутри монаха сдетонировали мириады молний. Тот истошно закричал, пока его плоть разлеталась в кровавые ошмётки. Орёл проносился сквозь него снова и снова, и за считанные секунды Буддист превратился в окровавленное решето.

По округе разнёсся тяжёлый запах горелой плоти; на теле наглеца не осталось ни единого живого места. Если бы не его невероятно крепкое телосложение, он бы давно рассыпался в прах, а его Путь оборвался бы навсегда. Шесть лотосов за его спиной, покрытые глубокими трещинами, едва держались. Священный свет почти угас — его основы были разрушены до основания.

Даже если его удалось бы спасти, он навсегда останется калекой.

Лицо Кшитигарбхи было пепельно-серым. Он тщательно подготовился к этой встрече и был уверен в успехе, но никак не ожидал столкнуться с таким аномальным противником, как Некромант. Планируя нападение, он рассчитывал, что не побоится даже вмешательства других Дао-Предков. Жемчужины Будды Трёх Зрачков должно было хватить, чтобы сдержать любую атаку этого уровня.

Однако появление «Костяного Ада» спутало все его карты.

Ослабляющий эффект Цветов с Иного Берега и Духи, пожирающие всё без разбора, стали для него кошмаром, нарушающим все законы логики. Именно из-за вмешательства Некроманта он потерпел это сокрушительное поражение.

Монах вперился в юношу взглядом, полным лютой ненависти. Тот лишь спокойно улыбнулся.

— Ты сам пришёл сюда за смертью, так что винить некого.

Орел, зависнув в воздухе, мрачно спросил:

— Тебе есть что сказать напоследок?

Кшитигарбха промолчал, продолжая буравить Моюя ядовитым взором.

— Убей его, — не оборачиваясь, хмыкнул Моюй. — Не трать на него слова.

Карающий Разряд был слишком прямодушен, а промедление в таких делах часто вело к неожиданностям. С врагом нужно было кончать быстро и решительно, особенно с таким коварным, как этот монах. Невозможно было предугадать, не припрятал ли он какой-нибудь последний козырь. Поэтому Зверь коротко кивнул.

Электрические разряды начали стремительно сгущаться, и с небес обрушились каскады молний. Кшитигарбха внезапно издал нечеловеческий рёв:

— Тогда умрём вместе!

Шесть лотосов за его спиной взорвались, и мир затопило багровое сияние. В этом свете чувствовалась чудовищная и зловещая Сила Проклятия. Кровавое марево заблокировало молнии, и в центре этой бури материализовался исполинский Кровавый Будда. Он не имел ничего общего с торжественным обликом праведника, и выглядел невероятно злым и демоническим.