Глава 30

От части, Джеймс и Рената жалели о том, что признали свои чувства в присутствии Сириуса, они доверяли мужчине, но с тех пор, могли думать только об этом. Оба не могли подавить влечение друг к другу, и атмосфера была немного неловкой. Однако, теперь Джеймс осознал, что начинает привязываться к Ренате, из-за чего почти не мог сконцентрироваться на чем-то другом. Внезапно, он стал находить каждую мелочь, абсолютно идеальной, когда дело касалось Ренаты.

Например её несравненную красоту, которую она демонстрировала, даже рано утром. Обычно, её волосы не были уложены, сопровождая сонный взгляд, когда она боролась с тем, чтобы держать глаза открытыми, но несмотря на это, улыбка красовалась на лице девушки. Улыбка, которая была настолько заразительной, что у окружающих непроизвольно день становился лучше. Ему нравилось, что она носит платья, также как носит брюки, и её фигура выглядела прекрасно все зависимости от наряда.

Время от времени, он замечал как она читает, наблюдая за выражением её лица, которое менялось будь она удивлена, радовалась или была потеряна, и каждый раз это выглядело прелестно. Она была отличным рассказчиком, что очень ценил Гарри, ведь она не стеснялась дурачиться, читая ему перед сном. Она корчила рожи, меняла голос часто, просто чтобы мальчик засмеялся.

Джеймс заметил гладкость её кожи, блеск в глазах, полноту губ, и как все эти черты идеально вписывались в образ девушка, складывая из деталей совершенную картину.

Как он умудрился не заметить все это ранее? Должно быть, дело в скорби, он был ослеплен, полагая, что после смерти Лили было бы неправильным смотреть на других женщин. Но Сириус поговорил с ним, показывая как нелепо жертвовать своим счастьем по этой причине. Сириус успокоил тем, что Лили никогда бы не хотела, чтобы Джеймс погрузился в скорбь до конца своих дней.

Была причина, по которой он остался в живых, чтобы продолжать жить, и какой смысл в этом, если Джеймс не собирается жить на полную?

Какой бы вдохновляющей и подбадривающей не была речь Сириуса, Джеймс все еще медлил, ведь он не знал, что чувствует Рената. Был определенный риск, и он нервничал сделать хоть какой-нибудь шаг из зоны комфорта. Рената даже не обращалась к нему по имени. Он верил, что формальность присутствует по причине, может она не видела его ни в каком другом свете, кроме как нанимателя, может друга.

Сириус подталкивал его к разговору, даже предложил безумную идею позвать Ренату на свидание, но Джеймс сразу же отверг идею. Допустим, он пригласит её на свидание, и в худшем случае, Рената откажется. Джеймс не был уверен, что готов справится с отказом, не говоря уже о том, что будет, если она узнает о его чувствах, но не разделяет их. Это ставит Ренату в неловкое положение. Что в сознании Джеймса приравнивалось к тому, что она скорее всего уйдет.

Он скорее молча будет мириться со своими чувствами, чем потеряет Ренату, потому что это значит не только потерю для него, но и для Гарри. Он может восхищаться ею издалека, пока не наступит время, и если оно не наступит, он просто будет рад тому, что Гарри счастлив рядом с девушкой.

Однако, даже если это звучало так, будто легко подавить свои мысли, подсознание Джеймса подставляло его каждый раз, когда он отправлялся спать. С тех пор, как он поговорил с Сириусом, новые сны о Ренате не давали ему покоя.

Некоторые их них были милыми, в основном показывая сцену того, как они лежат в гамаке по вечерам. Только вместо того, чтобы сидеть друг напротив друга, она лежала в его руках, свернувшись рядом.

Но в последние несколько ночей, его сны становились более насыщенными, оставляя легкий румянец на щеках, каждое утро, когда он здоровался с Ренатой. Его воображение взяло верх, и рисовало картины, о том, как Рената просыпается в его постели, с оголенной кожей. Он терял рассудок, и пусть решение было на поверхности, он слишком боялся возможных поворотов событий, заставляя себя страдать.

К счастью, Сириус был осведомлен о положении вещей, и знал, что Рената и Джеймс не собираются сделать первый шаг, потому что поглощены страхом. Так что, он решил сделать первый шаг вместо них.

И зная, что Гарри будет отвлекать взрослых от проблемы, он собирался на время убрать Мальчика-Который-Выжил со сцены.

***

— Ты собираешься забрать Гарри на день и хочешь, чтобы он переночевал у тебя? — вслух размышлял Джеймс, после предложения Сириус этим утром. Он подождал до позднего утра, чтобы зайти и убедиться, что Рената и Джеймс не спят. Они были на кухне с Гарри, позволив мальчику стоять на кухонной стойке, помогая готовить на новоприбывшего гостя.

Они предполагали, что Сириус пришел позавтракать с ними, и так казалось до того момента, пока Сириус не предложил свою идею.

— Да, — кивнул Сириус. — Мне нужен день для поднятия настроения, и что может быть лучше дня, проведенного с моим любимым крестным сыном?

— Он твой единственный крестный сын, — сложил руки Джеймс, подозрительно. Рената и Джеймс понимали, что Сириус делает, проблема заключалась в том, что они не знали, что второй человек тоже осведомлен. Так что они не могли отвергнуть идею, стараясь не казаться подозрительными.

— Именно, — ответил Сириус. — И у нас не было возможности проводить много времени. Нам нужно немного времени для себя. Я думал отвести его в парк, может мы посмотрим маггловский фильм. Это даст вам достаточно времени разобраться со своими делами, или просто отдохнуть. Обещаю, я позабочусь о Гарри.

Джеймс хотел было поспорить, прекрасно зная, что означает ухмылка на лице друга. Но, прежде чем он или Рената могли что-то сказать, Гарри дал ответ, протягивая руки к Сириусу.

— Бродя! Хочу с дядей!

В течении пяти минут, которые Гарри и Сириус провели наедине, Джеймс чертовски хорошо знал, что Сириус убедил Гарри сказать это, проклиная лучшего друга за хитрость. Неспособный сказать что-либо против, Джеймс решил позволить Гарри пойти, задаваясь вопросом, использует ли Рената этот шанс, чтобы заняться своими делами.