Том 1 Глава 83 Тревога
Синдер поправила шляпу и открыла дверь. Когда она открыла входную дверь, размышляя о вещах, которые, по словам контрактников, нужно было купить, она увидела женщин, которые разговаривали между собой на улице. Женщины радостно поприветствовали Синдер:
— Давно не виделись, Синдер! Теперь ты в порядке?
— Ой, как она будет в порядке? Я так испугалась, когда появился гарш, поэтому взяла детей и заперлась в подвале. Я так нервничала, что мое тело до сих пор болит то здесь, то там.
— Разве это сравнится с Синдер? Как же она, должно быть, испугалась, когда несколько дней не могла даже увидеть своего мужа.
Смеющиеся и болтающие друг с другом женщины по-прежнему ласково смотрели на Синдер. Глядя на отношение женщин, Синдер подумала, что Брайан действительно хорошо умеет скрывать. Ее побег остался незамеченным. Окружающие думали, что она остановилась в доме знакомого , потому что не могла связаться с Брайаном.
— Я до сих пор не чувствую облегчения. Все думали, что туземцы вернулись к себе. Но солдаты, отправившиеся на разведку несколько дней назад увидели их передывигающихся в группах вокруг Индевора.
— Ох… Но теперь, когда все прошло, я немного меньше боюсь. Да и больше всего в охоте на гарша помогали именно туземцы. Они также помогли в лечении людей.
— Это так, но… Я слышал, что это не туземцы, пришедшие на днях в Индевор. Я их впервые увидела.
Синдер, понявшая, что быстро эта болтовня не закончится, соответствующим образом поклонилась и направилась к рынку. С момента возвращения в Индевор ничего не изменилось.
Дни были настолько мирными, как будто ничего и не случилось. До такой степени, что Синдер задавалась вопросом, был ли ее побег в Зебрем сном. Однако следы укусов гарша доказывали, что все это не было сном.
Брайан наносил лекарство на ее шею и спину каждый вечер как приходил с работы. Сначала она отказывалась, но Брайан не отступил, так что в конце концов она легла на кровать, сказав, чтобы он делал все, что ему заблагорассудится. Руки, которые раздели ее для нанесения лекарства, сделали свое дело и тут же одели ееобратно.
— Спокойной ночи.
Сказав это, он заснул рядом с ней. Даже после того, как Брайан заснул, Синдер еще долго ворочалась. Теперь она не вздрагивала, когда ее раздевали. Не паниковала до такой степени, что не могла ни о чем думать. Она принимала это как должное.
В тот момент, когда Синдер поняла, что его прикосновения не страшны, она поняла проблему. Так нельзя. Для нее Брайан был тем, кого она должна была использовать и когда-нибудь выбросить. Лучше бы иметь возможность ненавидеть его со спокойной душой. Если бы он обращался с ней как ее бывший муж, она бы не чувствовала себя виноватой за то, что украла у него что-то и доставила ему неприятности.
Синдер вздохнула и подняла корзину. Ей на ум пришло слово «развод». Но этот мужчина… Он не мог дать Синдер то, что она хотела, а Синдер не могла дать ему то, что он хотел.
Когда она с запутанными мыслями вошла на рынок, она увидела, что взгляды и внимание людей сосредоточены в одном месте. Когда она подошла туда, думая что там, из корабля, стоящей на якоре в порту недалеко от рынка, выходили люди.
— Снова преступники…?
— Прошло много времени с тех пор, как Рамедес отправлял в Индевор преступников. В прошлый раз отправили кучу стариков и больных людей, которые умрут не сегодня так завтра, но в этот раз молодых людей больше.
— И вправду. Там есть и несколько женщин, семья что ли?
— Все равно их всех заключат. Должно быть тяжело это терпеть…
Пока изливались слова беспокойства каждого человека, Синдер посмотрела на заключенных. Несмотря на то, что она была далеко, запах грязи от их долгой жизни на корабле доносился туда, где она стояла. Синдер тоже был знаком этот запах, поэтому она нахмурилась, но не отвернулась.
Заключенных связывали вместе за ноги, чтобы предотвратить побег. С руками, также скованными хлипкими наручниками, они шли по дороге за солдатами. Синдер посмотрела на конец дороги, по которой они шли.
Она увидела оранжевое кирпичное здание, видневшееся из-за высокого забора. Забор ограждает не только “казарму заключенных”, как народ называет его, но и землю вокруг него.
По площади это было, пожалуй, самое большое здание в Индеворе.
Все заключенные, прибывающие в Индевор, сначала попадают в тюремные казармы. В нем женщины становились чьими-то женами, и хотя приговор может быть жестоким, политические заключенные с отличной ученостью относительно свободно жили в Сауле.