Глава 29

— Не могу поверить, что ты сказал это Министру Магии. — проговорила Гермиона, когда они с Перси поднимались по лестнице на десятый уровень. Гарри ожидал, что она рассердится, но на ее лице отразилась гордость.

— Кем он себя возомнил? — подал голос Рон. — Гарри Поттер — марионетка Министра…так, что ли?

— Он просто в отчаянии. — Перси повернулся на каблуках и остановил всех троих. Несколько других ведьм и волшебников прошли мимо них, когда Перси наклонился ниже, как будто то, что он собирался сказать, не должно было быть подслушано. — Министр находится под большим давлением, чтобы представить сильный фронт. Недавние нападения, исчезновения и новые появления людей в Министерстве, растущая суматоха на международном уровне разрывают это Министерство по швам. Этого не может…пройдет совсем немного времени, и оно…перестанет быть под его контролем.

Впервые с тех пор, как они познакомились, Гарри обрадовался, что знает Перси. Наконец они просочились в зал суда, где должен был начаться судебный процесс. Гарри начал понимать, почему большая часть Министерства опустела. Это был самый большой зал суда, который он когда-либо видел. Он был больше того зала, где проводилось его слушание, или любого другого, который он видел в Омуте Памяти. Ряды круглых сидений просто поднимались все выше и выше. Ведьмы и волшебники неподвижно сидели на своих местах и ждали. Столы чиновников Министерства были заполнены башнями бумаг и документов. В центре комнаты двое дюжих мужчин стояли, наблюдая за люком, через который должна была подняться Эмили.

— Пойдем, Гарри. — пробормотала Гермиона, положив руку ему на локоть. — Похоже, Луна приберегла для нас несколько мест. — она указала на два ряда свободных мест, отведенных для свидетелей. Они были всего на несколько рядов выше Визенгамота.

Гарри сел рядом с Роном и оглядел комнату. Репортеры и документалисты доставали свои заметки и быстрые перья, в то время как чиновники просматривали свои куски пергамента. Гарри заметил Драко Малфоя. Вспышка чистой ненависти пронзила его. Только Гарри знал, что на этом суде должен быть и он. Драко сидел в другом конце комнаты, рядом с матерью и профессором Снейпом. Взглянув на Драко, Гарри понял, что тот выглядит…ужасно. Эта мысль удивила его, потому что он ожидал увидеть самодовольное выражение на лице Драко. Даже Гермиона заметила, как это странно. Гарри потребовались все силы, чтобы не позвать его прямо здесь. Вместо этого Гарри оглядел комнату в поисках Дамблдора, но его нигде не было. Странно.

Без четверти одиннадцать появился сам Министр и сел в назначенное ему кресло. Министр не взглянул на Гарри и не выказал ни малейшего желания поддаваться на его слова. Он просто прошептал что-то тем, кто стоял слева и справа от него, прежде чем поднести палочку к горлу.

— Доброе утро. Прежде чем мы начнем, я хотел бы попросить всех, кто не связан с этим делом, воздержаться от выступлений. Те из вас, кто должен делать заметки, пожалуйста, делайте это тихо. Это заседание не станет неконтролируемым. Мы советуем тем, кто обязан наблюдать, просто делать это — наблюдать. Никакой ерунды не потерплю. С этого момента начинается судебный процесс по делу 111207.

Ничто не могло подготовить Гарри к тому, что он снова увидит ее. Так же, как и в Омуте Памяти, часть пола сдвинулась, открывая люк. Эмили медленно поднялась на середину комнаты, ее тело было приковано к железному стулу. Ее лицо было бледным, а рука покрыта синяками, фиолетовыми и синими отметинами вокруг нескольких белых линий. Заклинание Драко оставило свой след. Но это были не единственные отметины на ее коже. Другие синяки образовались на ее ногах, руках и шее. Гнев, не похожий ни на один из тех, что он знал раньше, вспыхнул в Гарри. Он попытался взять себя в руки. Он должен был. Как будто почувствовав это, Гермиона успокаивающе положила руку ему на плечо, словно пытаясь успокоить. Гарри посмотрел на нее. Ее глаза расширились от боли, она тоже заметила отметины. Гарри заставил себя еще раз взглянуть на Эмили. Ее темные волосы неровно падали на лицо, закрывая одну сторону. Ее маленькие руки вцепились в спинку стула, словно пытаясь удержаться. Рваная серая униформа, которую она носила, была разорвана на коленях и руках, обнажая конечности. Однако ее черная метка больше не была видна.

— Назовите свое имя для протокола. — начал Министр, стараясь как можно быстрее закончить протокольные вопросы.

— Эмили Элизабет Блэк, — ее голос был мягким, слабым.

— Вы дочь Сириуса Блэка или нет?

— Да, мой отец — Сириус Блэк, а мать — Элизабет Принц.

Внезапный вздох наполнил комнату.

— Элизабет Принц? — раздался голос из Совета.

— Еще один наследник рода Принц? — раздался еще один голос из Совета.

— Она и ее ребенок погибли при взрыве почти 17 лет назад. — рявкнул другой член.

— Нет, Персивус, новые сообщения указывают на то, что ребенок действительно выжил. Тот-Кого-Нельзя-Называть убил Элизабет. Ребенок воспитывался за границей у дальних родственников. Не так ли, Мисс Блэк?

— Да, моя мать умерла. — она быстро подтвердила, по крайней мере, одну правду в этом отчете. Ее глаза метнулись к Снейпу, словно пытаясь собраться с мыслями. По-видимому, это все еще не было публичной записью о том, что ее или ее мать были похищены самим Волан-де-Мортом.