Глава 44

— Жон! Ты мне нужен!

К действию его побудил не сам факт того, что Озпин звал его, а нотки абсолютного ужаса в его голосе. Жон стоял, беспомощно глядя на спящую Нору, рядом с которой он обещал остаться.

Руби тронула его за плечо. — Иди. Я присмотрю за ней.

— Но я обещал…

— Озпин не стал бы звать тебя, если бы это не было важно.

Этого ему было достаточно. Кивнув ей и бросив последний взгляд на мирно спящую Нору, он выскочил за дверь, едва не столкнувшись с Озпином, который как раз поднимался по лестнице. Он отшатнулся назад, но Озпин поймал его, и глаза старика расширились и стали дикими.

— Маяк появился в нашем мире!

— Ч-что?

— Смотри! — Озпин подтащил его к ближайшему окну и прижал к нему лицом.

Там, на берегу водохранилища, стоял одинокий маяк. Туман вокруг его основания впервые в жизни начал рассеиваться, и строение выглядело более реальным. Он мог различить очертания камней, не говоря уже об отсутствии света на вершине.

— Он настоящий?

— Это нам и нужно выяснить. И пока этого не сделал никто другой. — Озпин потащил его вниз по лестнице. — Мне нужно, чтобы ты немедленно доставил меня туда — и чтобы никто больше не приближался, пока мы не убедимся, что это безопасно.

— Как не допустить?

— Течение. Шторм. Что угодно. Перевернуть любое судно, которое они попытаются привести.

Перевернуть? Это, конечно, было достаточно неестественно, чтобы напугать людей до Пробуждения, но Озпин больше боялся того, что может быть найдено на маяке. При всех тех странных штормах, которые пережил Вейл, возможно, ещё один останется незамеченным. Жон уставился на воду и глубоко вздохнул. Медленно неподвижная поверхность пришла в движение.

Я постараюсь сделать это постепенно. Тогда люди смогут считать это естественным. Не то чтобы на это была большая надежда, ведь маяк появился практически из ниоткуда. Хорошего способа выкрутиться не было. У людей возникнут вопросы.

Озпин вывел их через заднюю дверь Маяка, ведущую в сарай, где хранилось несколько бочек с выпивкой. Дверь в задней части сарая была заперта изнутри на висячий замок, который Озпин быстро ввёл код и открыл. На них повеяло прохладным ночным воздухом с привкусом моря.

Они не были рядом с океаном.

— Город не будет сидеть без дела. Мы должны добраться туда раньше других. Ты сможешь это сделать?

— Да. — Поколебавшись на краю, Жон взял Озпина за руку. — Я могу протащить нас обоих через воду. Как долго ты сможешь задерживать дыхание?

— Достаточно долго. Подожди. — Он достал телефон и бумажник, оставив их на берегу.— Я готов. Не думай о моём дискомфорте. Только доставь меня туда.

Кивнув, Жон взял Озпина за руку и потянул назад, столкнув их в воду с тихим всплеском. Течение, управляемое его силой, понесло их в воду и прочь от пирса со скоростью, с которой невозможно было сравниться. Пузырьки проносились мимо его лица, но он не сводил глаз с Озпина, готовый всплыть, если покажется, что тот сопротивляется. Его лицо оставалось неподвижным, глаза закрыты, а пальцы вцепились в рукав Жона.

Путь казался долгим, но длился всего двадцать пять-тридцать секунд. Впереди показалась скалистая поверхность, которой, как он знал, раньше здесь не было, и поток разбился о нее. Он остановил их обоих, оттолкнулся ногами и вынырнул на поверхность.

Озпин задыхался, но у него хватило ума подтянуться к камням. Учитывая, что было уже поздно, вряд ли кто-то с берега мог их заметить. Жон потащился следом, разглядывая сам маяк.

По меркам маяка он не был ни большим, ни даже вполне современным. В его представлении маяк состоял из двух частей — башни и дома. У этого была хижина в основании, но она была всего лишь хижиной. Каменная, но маленькая и вряд ли пригодная для жизни. Более того, сам остров был недостаточно велик, чтобы позволить себе что-то большее. Он представлял собой скопление камней, образующих сушу, достаточную лишь для маяка. Даже «берег», на котором они находились, был так близко, что он мог лечь на него и коснуться стены.

— Надо торопиться, — сказал Озпин и закашлялся, отжимаясь и давая воде стечь на землю. — Неизвестно, исчезнет ли эта штука после окончания Кошмара, и я не хочу, чтобы мы здесь оказались.

Это была ужасающая мысль. — Что мы ищем?

— Что угодно. — Озпин толкнул деревянную дверь. Она на мгновение скрипнула, затем разлетелась на куски и слетела с петель, рухнув на пол. — Это место древнее. Не то чтобы это было трудно определить. Я очень сомневаюсь, что здесь что-то уцелело.

— Может, мне стоит пойти первым на всякий случай…

— Хм. Хорошая идея. — Озпин жестом велел ему идти вперёд. — Однако следи за тем, чтобы вода была неспокойной. Мы не хотим, чтобы кто-то увидел то, что ему не следует видеть.

Жон кивнул и оглянулся. Вода уже начала волноваться, волны вздымались и плескались о бульвар. Этого будет достаточно, чтобы остановить любого, кто попытается переплыть его, и он сможет почувствовать, если какие-либо суда войдут в его Владен… — водохранилище. Пройдя мимо Озпина, он вошёл в хижину, выставив вперед руку.

Внутри всё было заброшено. Повсюду было полно пыли, так что один шаг поднимал облако, от которого он закашлялся. Это встревожило его ещё больше, и пыль вылетела из дверного проема мимо терпеливо ожидающего Озпина.

— Это будет доказательством того, что мы здесь были, — сказал Озпин, войдя внутрь, когда пыль исчезла.

— Простите.

— Ничего не поделаешь, и это наименьшая из наших забот. — Он мрачно оглядел интерьер. Здесь были только стол, табурет и раскладушка в углу, выдолбленные из грубого дерева. Всё остальное давно сгнило. — Ты видишь то, что вижу я?

— Что здесь кто-то жил, и этот кто-то был человеческого роста? Да, я заметил.

— Не просто созданное под человеческий рост, я уверен. Маяки, стулья, столы и кровати — это человеческие конструкции. Я не буду списывать со счетов возможность того, что цивилизация в другом мире может разработать их самостоятельно, но в данном случае я считаю это маловероятным.

— Вы думаете, что на планете Гриммов жила человеческая цивилизация?

— Нет. Не думаю. — Озпин подтолкнул кровать одной ногой и заглянул под нее, возможно, ища там что-нибудь спрятанное. Он нахмурился. — Даже насекомых нет, хотя гниющее место вроде этого должно быть идеальным для них. Что касается цивилизации, то, думаю, если бы это было правдой, можно было бы найти больше свидетельств ее существования. А это вряд ли можно назвать цивилизованной постройкой. — Он указал на кровать. — Она даже не скреплена гвоздями, а ткань сплетена из веток. Это не говорит о цивилизованных людях. Это говорит о любителе, который делает всё возможное, чтобы выжить.

Отсюда и табурет вместо стула. Его было проще сделать. Теперь, когда Озпин указал на это, он мог видеть признаки этого повсюду. Шатающийся стол, толстые ножки кровати, похожие на ножки сундука, и отсутствие других предметов. Он не удивился бы, если бы кровать буквально покоилась на четырех обрубках, служивших ножками. Все выглядело так, будто было сделано кем-то, кто имел представление о том, что хочет создать, но не имел ни опыта, ни материалов для этого.

— И всё же он построил маяк, — сказал Жон. — Это не так-то просто.

— Для обычного человека — нет. Но что, если наш загадочный человек был строителем или каменщиком? Или, возможно, он или она нашли его. Невозможно сказать. — Озпин закончил обход комнаты и вздохнул. Он подошел к открытой арке, ведущей к каменной лестнице. — Хотя должен сказать, что построить лестницу? Даже собрать столько камня, не говоря уже о его перемещёнии? Это просто уму непостижимо.