Глава 71: Арбитраж

Марвин не притворялся.

Он действительно думал, что убийство этой девушки кинжалом испачкает его оружие.

Она продолжала говорить, что любит Уэйна, но она прокляла его. Марвин и так сдержался, не став пытать ее до смерти.

Ханзер покачал головой и на его лице появился намек на жалость.

― Может быть, я должен был нарушить законы Альянса и превратить ее в лабораторный образец.

…

Марвин думал, что это он безжалостен, но он не ожидал, что этот учитель будет еще более безжалостным.

Но стоит заметить, что это было из-за того, что он хотел защитить Уэйна. Его ученик получил такую серьезную травму, было бы странно, если бы он не злился.

Маги не чтили законы и они не часто склоняли головы перед Альянсом Южных Магов.

Вероятно, в эти дни Ханзер сдерживал очень много гнева.

Таким образом, когда Марвин шел убивать Лулу, он не остановил его, а наоборот, в сердцах одобрял.

В конце концов, если ее убивал Марвин, никаких проблем не было. Академия Магор простила Лулу, но жертва, Уэйн, был кем-то из Долины Белой Реки. Марвин также имел право наказать Лулу. Дело в том, что приоритет на наказание был у Академии Магор. После того, как Академия Магор отказалась позаботиться о ней, он, естественно, имел осуществить наказание.

Таким было преимущество статуса. Как Благородный, даже слабый, Марвин имел некоторые преимущества.

Великое Бедствие разрушит весь порядок и Марвин тоже будет жертвой.

Он ничего не мог сделать для предотвращения катастрофы, он мог только защитить свой народ.

― Что будем делать с проклятием Уэйна? ― Спросил Марвин.

― Я все улажу. ― Ответил Ханзер. ― Я надеюсь, что он успеет оправиться до отборочного раунда.

На его лице можно было увидеть намек на беспокойство. Уэйн получил такую травму, и даже если он сможет оправиться, его сила была под сомнением.

В любом случае, главным приоритетом было снять проклятие.

За пределами тюрьмы они расстались и Марвин вернулся в комнату Уэйна.

***

На следующее утро.

Солнце медленно поднималось из-за горизонта, освещая комнату через окно.

Из открытого окна дул утренний ветерок. Запах магического лекарства был уже намного слабее.

Уэйн, лежа на кровати, медленно открыл глаза.

Он по-прежнему был бледным, но уже начал приходить в себя.

Рядом с ним стоял старый дворецкий.

― Молодой господин Уэйн, ты, наконец, проснулся! ― Старый дворецкий был очень рад.

― А? ― Уэйн покачал головой и внезапно сказал: ― Брат… Брат приехал!

Старый дворецкий ошеломленно посмотрел на Уэйна: ― Откуда ты знаешь…

Уэйн начал осматриваться, но, не увидев Марвина, он выглядел очень разочарованным.

― А где брат? Я ясно видел, как он приехал.

Как оказалось, пока Уэйн был проклят, он не был совсем без сознания. Его сознание блуждало и он ясно помнил прибытие Марвина.

― Молодой господин Марвин, он… сейчас он на арбитраже! ― Сказал старый дворецкий.

― Что? ― Глаза Уэйна расширились.

― Он убил кого-то у ворот Академии Магор. Но, к счастью, он использовал [Медаль Девятого Месяца], поэтому проблем быть не должно. ― Утешал старый дворецкий.

― [Медаль Девятого Месяца]? Бесполезно! ― Уэйн был очень обеспокоен.

Даже если ему было всего 9 лет, из-за свирепого окружения, у него был довольно выдающийся разум.

Он сразу же закричал: ― Власть семьи Уайта слишком велика, они, вероятно, подменят каждого члена арбитража! У брата нет шансов! Где он? Я сейчас же иду туда! ― Сказав это, Уэйн тут же поднялся с кровати.

― Но ваше тело… ― Услышав слова Уэйна, старый дворецкий был поражен. Он не очень понимал в интригах.

― Я в порядке! Я уже в порядке. ― Сказал Уэйн и твердо приказал: ― Отведи меня туда!

***

Судебный зал Пепельной Башни не использовался долгое время.

Но сегодня, он был заполнен Магами со всех 3-х Кольцевых Башен, которые приготовились смотреть на шоу.

Кто-то открыто убил ученика у ворот Академии Магор, это было совершенно новое для них событие.

Можно было с уверенностью сказать, что этого парня надо было наказать.

Но никто не думал, что этот молодой дворянин Марвин обладал [Медалью Девятого Месяца]!

[Медаль Девятого Месяца]!

В ней выражалась честь Альянса Южных Магов. Ее могли получить только члены Альянса, оказавшие достойные услуги.

На юге было не так много дворян, имеющих такую медаль. Эту медаль назвали так потому, что ее создали в девятом месяце.

Все известные люди обладали [Медалью Девятого Месяца].

Конечно, их имели и несколько павших дворян. Например, Барон Марвин, который сегодня проходит арбитраж.

Помимо Магов, в зале было много Благородных.

Эти люди регистрировали своих детей, а некоторые даже были свидетелями убийства, совершенного Марвином. Они, естественно пришли посмотреть.

Чем же это кончиться?

Никто не знал ответ на этот вопрос.

***

Марвин в одиночестве стоял в углу высокой платформы, будто изолированный от мира.

Судебный процесс был уже завершен. Осталось только отправить решение в Альянс Южных Магов.

― Проблем быть не должно. ― Пробормотал Марвин.

Когда они вызвали свидетеля, маленькая девочка правдиво описала то, что увидела.

Она также упомянула, что перед этим Марвина оклеветали.

В этой ситуации, арбитры должны были довольно легко вынести решение.

Но все почему-то казалось немного неправильным. 3 арбитра яростно спорили все время.

Неужели это необходимо? ― Нахмурился Марвин.

Примерно 10 минут спустя, один из арбитров, казалось, нашел компромисс.

Один из них встал и громко сказал: ― Я объявлю о результатах арбитража!

― Барон Марвин открыто убил в Академии Магор, кроме того, он убил Ученика Мага. Это великое преступление. Поэтому мы, арбитры, рекомендуем решить этот вопрос не нам, а суду.

― Таким образом, исход арбитража таков: Отправить дело дальше, в суд, по уголовному обвинению Барона Марвина!

С этими 3-я арбитрами явно была проблема.

Каждый, независимо от того, был он Магом или дворянином, понимал что-то в арбитраже. С существенными показаниями свидетеля, результат все же был таким?

По мнению многих, максимальным наказанием Марвина должен был быть экономический штраф.

Но результатом было отправление Марвина под суд!

Это означало, что Марвина обвинял суд Альянса Южных Магов!

― Может ли быть так, что Маг, которого он убил, имел за собой огромную силу.

― Я слышал, в это дело была вовлечена семья Единорога.

― Я тоже это слышал. Этот Марвин думал, что [Медаль Девятого Месяца] ему поможет. В результате, он врезался прямо в стену.

― Он облажался.

Все обсуждали это решение.

***

Марвин стоял на своем месте, пораженный.

Кто-то с ним играет.

Он чувствовал себя очень злым.

Он не был напуган.

Суд? Хмпф…

Он не мог не посмотреть на маленькую девочку, сидящую на месте свидетеля.

Как и ожидалось, ее взгляд тоже был сердитым.

Если бы ее там не было, Марвин, возможно, беспокоился бы о том, как ему снять с себя уголовное обвинение.

Но так как на его стороне была она, проблем быть не должно.

Он просил арбитража Альянса Южных Магов. Вероятно, арбитры были заменены.

Касаемо суда, его будет проводить Пепельная Башня.

На его стороне был Мастер Пепельной Башни, так что Марвин не боялся.

В это время, неподалеку раздался крик: ― Брат!

Марвин был ошеломлен, заметив человека, идущего с помощью старого дворецкого.

Этот ребенок так быстро проснулся? ― На лице Марвина появилась улыбка.

Эта сцена всколыхнула публику.

Очевидно, они знали о состоянии Уэйна, так как Марвин пришел в 3 Кольцевые Башни из-за него. В другом случае, у него не было бы причин покидать свою территорию.

Уэйн был бледным, а его губы были еще бледнее.

Увидев Уэйна, Ханзер не мог усидеть на месте и быстро появился рядом с ним.

― Тебе нужно отдохнуть. Мы позаботимся о деле Барона Марвина.

― Я хочу увидеть своего старшего брата. ― Твердо сказал Уэйн.

Ханзер беспомощно отошел в сторону.

― Дитя, я убил твою девушку. Разве ты не ненавидишь меня? ― Пошутил Марвин.

Уэйн видел, как Марвин стоял в одиночестве, и слышал решение арбитров. Его глаза были красными.

― Не плачь. Помни, ты мужчина! ― Голос Марвина был немного строгим.

― Я понял, брат. ― Улыбнулся Уэйн.

Все были немного тронуты. Ситуация этих братьев была очень тяжелой.

Марвин посмотрел Уэйну в глаза и торжественно сказал: ― Найди место, где можно посидеть. Тебе нужно отдохнуть.

― Я в порядке.

― Расслабься, пока я здесь, тебе никто не навредит! Клянусь своими кинжалами!

Это была клятва, данная ему от всего сердца.