Глава 22.1

В духовке в керамической форме для выпечки суфле под воздействием высокой температуры стремительно поднималось и скоро вышло за края формы, как гриб, пробившийся сквозь землю в сезон дождей. Его подрумянившаяся мягкая верхушка стала пышной.

Приятный сладкий аромат начал распространяться вокруг, принося радость тем, кто учуял его.

Лу На тут же забыла о своём бывшем и, держа в руках рисовый шарик, с нетерпением посмотрела на духовку:

— Яотяо, это суфле не похоже на то, что я ела раньше! В тех модных кафешках его жарят на сковороде, а ты почему-то в форму положила?

Цзинь Яотяо немного растерялась, прежде чем поняла, что она имеет в виду, и ответила, одевая рукавицы:

— Ты говоришь о японских панкейках*. А это традиционный рецепт. Он требует более точного контроля температуры, и вкус у готового блюда немного другой.

П.п.: Пышные японские панкейки или fluffy pancakes — тренд, который давно гуляет по социальным сетям и меню модных кофеен. Пухлые как подушечки, с румяной корочкой и воздушной сердцевиной.  С виду они напоминают сырники или бисквит (зависит от состава), а при дегустации удивляют своей нежностью.

Лу На кивнула, словно всё поняла, и отступила на шаг, позволив ей подойти. А затем спросила:

— Кстати, а что с Шэнь Цимином? Вы же вроде расстались? Почему он всё ещё так близок с тобой?

Цзинь Яотяо подняла бровь:

— С чего ты взяла, что мы с ним по-прежнему близки?

Лу На ненадолго замолчала, но всё же не выдержала и, снова откусив кусочек от ароматного рисового шарика, пробормотала:

— Вы всё время вместе! Ещё со школы. Каждый раз, когда я его видела, он был с тобой.

Цзинь Яотяо на мгновение замерла, открывая дверцу духовки, и усмехнулась:

— У тебя проблемы с памятью?

Лу На на мгновение растерялась. Разве?

Впрочем, она не так часто сталкивалась с Шэнь Цимином, ведь большую часть времени тот проводил на работе. Она не стала спорить с подругой и просто хихикнула:

— Ладно, ладно. Но Шэнь Цимин действительно не изменился! Я даже поздороваться с ним боялась. Честно говоря, за все те годы, что мы с тобой знакомы, я всегда немного боялась с ним разговаривать. Даже перед своими кумирами я не такая робкая. Поэтому я всегда восхищалась тобой. Ты всегда смело начинала с ним беседу.

Цзинь Яотяо не стала задумываться над её словами, просто спросила:

— Чего его бояться?

Шэнь Цимин действительно был неразговорчивым, но не настолько, чтобы пугать. Например, в школе, когда они ещё не встречались, юный Шэнь Цимин уже был таким, каким мы его знаем сейчас. Он был довольно отчуждённым. Но однажды, когда она остановила его и спросила, в какой университет он хочет поступить, Шэнь Цимин просто посмотрел на неё, а потом безэмоционально ответил.

Вряд ли он внушал такой страх?

Лу На вспомнила сплетни светской хроники, которые слышала все эти годы: как те, кто пытался с ним заговорить, были пренебрежительно отвергнуты Шэнь Цимином. Глядя на подругу, которая явно не притворялась, она даже не знала, что ей ответить, только растерянно покачала головой:

— Ну, ладно.

Вспомнив что-то, она снова хихикнула:

— Если Ху Ваньюэ узнает, что её бог, её кумир был так безжалостно брошен тобой, она наверняка взбесится! Её импланты просто перекосятся!

В этот момент её телефон зазвонил. Она посмотрела на экран и тут же округлила глаза: это была Ху Ваньюэ.

— Мой язычок, видимо, напророчил…

— Дорогая! — Ху Ваньюэ заговорила с тревогой голосе. — Я слышала, что у отца Яотяо проблемы! Ой, ты в курсе? Она в порядке?

В её голосе явно сквозило злорадство.

Глаза наивной красавицы округлились. Она стала похожа на плюшевого кота, у которого вздыбился хвост, и с боевым духом заговорила:

— Ой, дорогая, спасибо за заботу. У дяди Цзиня просто небольшая болезнь. Всё так преувеличивают! С Яотяо тоже всё хорошо. Она сейчас рядом со мной, делает суфле!

Ху Ваньюэ, которая только что прочитала в интернете, что председатель «Миндэ» может умереть от внезапной болезни, молчаливо застыла: «…»

Лу На нежно продолжила:

— Солнышко, ты не здесь, какая жалость! У Яотяо такое вкусное суфле. Жаль, что ты не можешь его попробовать.

— Хмф! — Лу На отключила звонок и только потом закричала на экран. — Дрянь, умри! Чтоб у тебя провалилась блефаропластика*! Ещё и ботокс вызвал у тебя прыщи!

П.п.: Блефаропластика — хирургическое вмешательство для коррекции возрастных изменений в области верхних век, а также при необходимости коррекции формы разреза глаз. Проводится по эстетическим и медицинским показаниям.