Часть 26

Девушек нигде не было видно, когда они выходили из кухни, и, Санджи никогда бы не признался в этом вслух, но он не слишком возражал. Это дает ему возможность провести спарринг с Зоро, к концу которого они оба запыхались и залиты кровью. Это возбуждает. Спарринги с ним всегда волнуют его.

А потом ему приходится вернуться на кухню, чтобы убедиться, что всё готово к завтрашнему дню. Он проверяет все в пятый раз, когда Зефф напоминает ему, что сегодня его очередь готовить ужин.

Ублюдок!

Неужели он не видит, что Санджи занят?

Но, видимо, «они тоже все заняты, это ресторан, баклажан, здесь всегда есть работа», и Санджи приходится чистить картошку. Ему! Одному из основателей! Он должен, как минимум, отвечать за приготовление соуса!

Что ж, по крайней мере, они все перестали притворяться, что им не нравится его еда.

Однажды они сделали это на глазах у Багги, и после этого он захотел поговорить с Зеффом. Санджи ухмыляется, вспоминая, как этот очень раскаявшийся говнюк извинился перед ним и признал, что его суп был «вполне приемлемым».

— Ты выглядишь слишком счастливым для человека, перед которым две дюжины ещё нечищеной картошки, — говорит ему ублюдок.

— Я повар, я всегда счастлив, когда готовлю, — парирует Санджи. — В отличие от некоторых подделок, которых я мог бы назвать.

— Ну, раз уж ты так счастлив, дочищай эту чертову картошку и принимайся за морковь. — Как по команде, Карне выкладывает перед ним гору овощей.

Санджи вздыхает. Иногда он задаётся вопросом, почему он всё ещё работает здесь.

Зефф уходит, ритмично постукивая деревянной ногой по полу, и Санджи морщится. О да, вот почему.

Он не отрывает глаз и рук от работы, но позволяет своим мыслям блуждать. Что делают Нами, Зоро и Перона? Девочки уже объединились, чтобы унизить Маримо? Он надеется, что нет, он не хотел бы пропустить такое событие.

Они должны быть на палубе, верно? Санджи пытается сосредоточиться. Зоро пытался объяснить ему о «Голосах» и о том, как можно чувствовать людей вокруг себя, если думать об этом «правильным образом». Конечно, Маримо не потрудился объяснить ему, что такое «правильный путь».