Глава 102:

(От лица Хикигаи Хачимана)

Последующие два месяца каникул пролетели как одно мгновение.

Наступил сентябрь, а вместе с ним вернулась и школа, тем самым разрушив недолгую иллюзию свободы.

Я, Хикигая Хачиман, снова был скован кандалами школьных устоев, не имея другого выбора, кроме как посещать занятия.

Но, увы, начало нового семестра также ознаменовалось приближением нового события — Культурного Фестиваля.

Школа гудела, как растревоженный улей. Ученики сновали туда-сюда, словно обезумевшие рабочие пчелы, готовясь к мероприятию, до которого оставался всего месяц.

Все это было очень хаотично, шумно и даже немного забавно, если вам нравится наблюдать за тем, как люди сходят с ума.

По иронии судьбы, как и в оригинальном произведении, меня назначили в комитет от нашего класса. Тем не менее, я принял эту ответственность со всем возможным изяществом, которого, будем честны, было не так уж и много.

В смысле, любая обязанность, какой бы скучной она ни была, была лучше, чем наблюдать за той нечестивой драматической химерой, которая назревала в классе 2-F.

Наш класс решил поставить спектакль, режиссером, продюсером и автором которого была ни кто иная, как помешанная на яое Эбина Хина.

В данный момент она находилась в состоянии безумного буйства, совершенно потеряв голову из-за последних изменений в сценарии, где главные роли, очевидно, играли Тоцука и Хаяма.

Она сделала Тоцуку Маленьким принцем, а Хаяму — Рассказчиком, и все это грозило превратиться в какую-то безумно эпическую катастрофу.

‘Знаете, быть членом организационного комитета — это, на самом деле, не так уж и плохо’ — подумал я, практически сбегая из класса в конференц-зал, где должно было состояться первое заседание нашей группы.

Ага. Первое заседание.

То самое заседание, на котором должны были выбрать председателя культурного фестиваля.

Где ни у кого не хватило духа принять вызов.

Что ж, похоже, мне придется стать жертвенным агнцем и взять все на себя.

Я вспомнил переписку с Юкиношитой во время перемены всего несколько минут назад.

Надеюсь, она находится в предвкушении.

_______

(От лица Юкино Юкиношиты)

Как обычно, на короткой перемене я в одиночестве сидела в классе.

Воздух наполнял беспорядочный гул оживленных разговоров одноклассников, превращаясь в фоновый шум, который я давно научилась игнорировать.

Отгородившись от них, я просматривала конспекты, как вдруг мое одиночество нарушила вибрация телефона.

Звук уведомления.

Я посмотрела на экран, слегка раздраженная тем, что меня отвлекли.

Новое сообщение? Кто бы это мог мне написать? Со смесью любопытства и покорности судьбе я увидела, что это сообщение от Хикигаи.

Я еще не до конца привыкла к тому, что он пишет мне, хотя это и продолжалось уже несколько дней.

Все началось с фестиваля фейерверков, когда я дала ему свой номер… вместе с прощальным ‘спокойной ночи’, которое, к моему удивлению, меня не раздражало.

С тех пор он отправлял мне хотя бы одно сообщение каждый божий день, как будто намекая, что моя жизнь не будет полноценной, если он мне не напишет. Впрочем, почему-то я чувствовала себя обязанной отвечать, ведь мне не хотелось показаться грубой.

Но с чего бы мне вдруг беспокоиться о том, чтобы думать о чьем-то мнении?

В любом случае, возвращаясь к теме, что могло понадобиться ему сейчас?

Хикигая был той еще незаурядной личностью: раздражающей, упрямой, временами проницательной, но уж только не предсказуемой.

Мое любопытство взяло верх, и я открыла нашу переписку.

_______

[Хикигая]: — Йо!

Я тихонько вздохнула. Он всегда так странно здоровается.

[Я]: Привет… В чем дело?

[Хикигая]: Ваш класс выбрал тебя в комитет культурного фестиваля?