68. Ведь ты любишь меня
Северус понятия не имел, чего ожидать, направляясь в место, где прошло всё детство Гермионы. До этого он даже не задумывался о жизни, которой она жила до поступления в Хогвартс. Странно, правда, что он не принял это во внимание, хотя, с другой стороны, Снейп мало что знал о жизни своих студентов, если только они не учились на Слизерине.
Оказавшись на одной из улочек Хэмпстед-Гарденса, Северус удивился. Разительный контраст с улицами Коукворта, где он вырос. Его родной город кричал о бедности и насилии, а эти аккуратно подстриженные, ухоженные газоны и дома говорили о состоятельности их хозяев и хорошей жизни.
Он откинул свои мысли в сторону, увидев, что Гермиона после их прибытия резко замкнулась в себе. Она говорила об этом месте, словно тут произошло что-то ужасное, прежде чем они были вынуждены броситься в бега. Северус не припомнил, чтобы щупальца Риддла добрались до этого места, тем более ему стало бы известно, если б Пожиратели взяли в плен её родителей. Так что же случилось?
Северус, идя под руку с Гермионой, внимательно следил за окружающей их обстановкой. Он чувствовал себя неловко и от этого нервничал ещё больше.
Она резко дёрнула его за руку и печальным взглядом осмотрела дом. Видимо, там произошло что-то, к чему она не хотела возвращаться. Узнав, что это был её дом, в котором Гермиона родилась и выросла, Снейп загорелся любопытством. В газетах ни разу не промелькнула хотя бы маломальская статья о её родителях, и он даже не был в курсе, живы ли они. Правда, Гермиона на прошлой неделе, рассказывая о своём отце, сказала такое слово, как «был», упомянула о нём в прошедшем времени. Быть может, это что-то да значило.
— Красивый. Неудивительно, почему ты с таким вкусом обустраиваешь наш дом, — улыбнулся он, похвалив её искусность в дизайне. Северус надеялся, что эти слова хотя бы частично выведут её из подавленного настроения.
У него даже промелькнула мысль, а не отменить ли этот ужин? Но в глазах Гермионы, спрятанная под грустью, теплилась надежда на эту встречу. Лучше не вмешиваться, значит. Он знал как никто другой: если эта дама настроилась на что-то, то её уже никак не отговорить от этой затеи.
Они добрались до места назначения. Северус старался быть вежливым. Ни к чему оскорблять этих людей, тем более они очень многое значили для Гермионы. Девушку, которая, скорее всего, была её ровесницей, можно было легко принять за её сестру, — настолько они были похожи. Прозвище, которое он услышал, удивило его: раньше Снейп никогда не слышал, чтобы Гермиону так называли. Как-то по-детски. И ему это не понравилось. Это прозвище как будто бы принижало то, кем она являлась на самом деле.
После стольких лет работы профессором Северус легко сложил два и два и понял, что девушки общаются на своём зашифрованном языке при помощи мимики и жестов. Он мысленно усмехнулся. Так, его представили её кавалером. Что дальше?
Северусу показали дом, который чем-то напомнил ему дом на площади Гриммо. Возможно, промелькнула где-то мысль и о схожести с Норой. Он был искусно спроектирован и не был таким тесным, как его маленький дом в Коукворте. Внутри зародилось подобие стыда, но Снейп моментально откинул это чувство и сосредоточился на разговоре.
Эти люди, похоже, всем сердцем любили Гермиону, а она, в свою очередь, обожала их. Он видел это по их улыбкам и крепким объятиям. Северус, вежливо улыбнувшись, взял её за руку. Внешне он выглядел спокойно и собранно, но внутри ощущал себя не в своей тарелке.
Его внимание привлекли шаги. Взгляд Северуса упал на мужчину, который был старше него на несколько лет точно. Он посмотрел на Гермиону, и на его лице расплылась широкая улыбка, а затем пропала, когда он перевёл внимание на Снейпа. Так и хотелось ощетиниться, но он сдержался.
— О, здравствуй, — произнёс мужчина.
— Кэмерон, это Северус, он кавалер Гермионы, — представила его Марианна.
Гермиона отошла в сторону.
— Кэмерон Зоргфальт, Гермиона зовёт меня Док, но ты можешь называть меня Кэмом, — мужчина первым протянул ему руку. Снейп чувствовал себя каким-то мальчишкой, которого привели знакомиться с родителями девушки. Никогда в жизни ему ещё не приходилось бывать в такой щепетильной ситуации.
Северус в ответ протянул ему руку и крепко её пожал.
— Северус Снейп. Предпочитаю, чтобы меня называли Северусом, у меня нет других прозвищ.
Похоже, эта семейка любила давать прозвища всем знакомым, но он надеялся, что не попадёт под их «обстрел».
И в разговоре снова всплыло «Мими». Северус мысленно рыкнул.
В её глазах читалась неприкрытая мольба о том, чтобы он так её не называл и даже не думал дразнить. Снейп и так не собирался этого делать, но для её же спокойствия произнёс это вслух:
— Не волнуйся, я не стану так тебя называть, Гермиона.
Гермиона, лучезарно улыбнувшись, чмокнула его в уголок рта. Он на мгновение похвалил себя за находчивость, но в следующую секунду на него снова обрушился ком нервозности и переживаний.
И ему стало интересно, что ждёт его дальше. Вероятно, далее последует допрос о его намерениях, а ещё долгий разговор с завуалированными угрозами, которые непременно на него обрушатся, если Северус попытается хоть как-то обидеть Гермиону. Судя по их общению, они явно не были в курсе их с Гермионой происхождения, а также её недавнего развода. Значит, придётся тщательно фильтровать свою речь.
Не успел он и моргнуть глазом, как оказался в гостиной, а Гермиона одной ногой на кухне. Она боялась оставлять его один на один с главой семейства, это читалось по её глазам. Глупая женщина.
Не говоря ни слова, Северус открыл ментальную связь.
Со мной всё хорошо. Иди, проведи время со своей подругой.
Кивнув, Гермиона скрылась на кухне, а он остался наедине с Кэмероном Зоргфальтом.
Док, тяжело вздохнув, откинулся на спинку дивана. На его лице до сих пор играла ехидная усмешка. Снейп, на самом деле, с подозрением относился к каждому, кто так долго и беспрерывно улыбался. Да ещё и незнакомцу. Либо этот человек пытался вызвать его расположение, либо был слишком доверчив. Ко всем.
Северус удобнее устроился на диване и терпеливо принялся ждать, когда мужчина заговорит первым.
Долго ждать не пришлось.
— Ну, что ж, Северус, вы без проблем добрались до нас?
— Без проблем, — Снейп вежливо склонил голову.
Далее наступила пауза.
— Итак, ты её кавалер, значит? — с любопытством промурлыкал мистер Зоргфальт.
Северусу не хотелось превращать эту беседу в допрос, а потому лучше разрядить обстановку и понять, чего действительно хотел от него Кэмерон.
— Можно и так сказать, мистер Зоргфальт.
— Кэмерон, — поправил его он.
Северус подался вперёд, уперевшись локтями в колени и смерив мужчину суровым взглядом.
— Кэмерон. Мы оба слишком взрослые, чтобы играть в игру, в которой вы ходите вокруг да около, пытаясь разузнать обо мне достаточно, чтобы понять, так ли я хорош для Гермионы. Как насчёт того, чтобы опустить формальности и перейти к прямым вопросам?
Кэмерон усмехнулся и задумчиво потёр подбородок.
Северусу вдруг стало интересно, оттолкнул он своей речью этого человека или нет.
— Перейти сразу к делу, значит… А ты мне уже нравишься. Кто ты и чем занимаешься? Где ты вырос? Откуда знаешь Гермиону? — на его губах до сих пор играла тень улыбки, но остальная часть лица была напряжена. Глаза были сосредоточены только на Северусе.
— Как я уже говорил, меня зовут Северус Снейп. Я вырос в Мидлендсе. Преподаю химию в частной школе в Шотландском нагорье, — немного помедлив, он детально обдумал следующие слова. — Там я встретил Гермиону, когда она была ещё студенткой. И прежде чем вы успеете подумать что-то не то, у нас только в прошлом году начались отношения.
Северус ожидал недовольства, гнева, чего угодно, но только не…
— Хорошо. И на сколько ты старше Гермионы?
— Мне сорок пять лет, Гермионе — двадцать пять. У нас разница чуть больше девятнадцати лет, — без колебаний ответил он. Снейп раньше очень часто напоминал себе об этой разнице, чтобы отговорить себя от всяких мыслей и фантазий касаемо их общего, как пары, будущего.
Но никакого возмущения и недовольства не последовало. Северус напрягся ещё сильнее, но старался сохранять невозмутимый вид.
— У нас с Марианной разница в шестнадцать лет, — ухмыльнулся Кэмерон. — Почти как у вас.
Теперь Северус всё понял. Кэмерон был далеко не в том положении, чтобы судить его и Гермиону. Часть напряжения тут же спала; похоже, бороться за расположение этого человека ему сегодня уже не придётся.
— И правда. Ну что, отпали сомнения по поводу наших отношений? — немного с издёвкой спросил Снейп.
Вопрос вызвал очередную усмешку на лице Дока, а у Северуса возникло отчётливое ощущение, что тот пытается вдоволь над ним понасмехаться.
— Пока да. Чем ты занимаешься в свободное время?
Переименовать зельеварение в химию — это ещё полбеды, но объяснить, что в свободное время он работает над теорией магии… та ещё задачка.
— Много читаю, пробую свои силы в садоводстве и изучаю академические исследования своих бывших студентов.
— Значит, вы прям настоящий специалист в этом вопросе?
Северус понял, на что он намекал. Кэмерон, видно, считал, что у него время от времени возникали интрижки с бывшими студентками как раз на основании всех этих научных исследований. Но стоило опровергнуть все эти лживые домыслы.
— Прежде чем вы успеете обо мне плохо подумать, я скажу, что впервые оказываюсь в таком положении. Несмотря на то, что в преподавании я уже около двадцати четырёх лет.
— Понял. Ты куришь?
Настала очередь Северуса ухмыляться.
— Когда очень злюсь.
С губ Кэмерона сорвался громкий смех, он махнул рукой в сторону бара:
— Пьёшь?
Снейп яростно покачал головой. Он подумал, что будет лучше для всех, если вечер обойдётся без алкоголя.
— Нет, больше нет. Ради Гермионы. Её предыдущий молодой человек был зависим от алкоголя, и с некоторых пор у неё это вызывает отвращение.
— Проблема миновала? — напрягся мужчина напротив, в его взгляде вспыхнула злость вперемешку с беспокойством.
— Да, я об этом позаботился. Больше он не доставит ей никаких неудобств, — не раскрывая все карты, кивнул Северус.
— Спасибо, Северус, — он по-доброму посмотрел на него. — Полагаю, ты в курсе, что я не отец Гермионы?
— Мне об этом сказали, да, — интересно, к чему он клонит? Снейп мог рассказать о себе столько, сколько было нужно, но он ничего не знал о родителях Грейнджер и даже не подумал о том, чтобы подготовиться к возможным расспросам.
Кэмерон подался вперёд и рукой указал в сторону кухни:
— Отец Гермионы хотел для неё всего самого лучшего, но его здесь нет, и то, что она привела тебя к нам в дом, означает, что ты для неё особенный. Её бы отец сделал то же самое и для Люси.
Он едва заметно сглотнул. Док поступил так из лояльности к умершему, которому, как он чувствовал, был обязан. И Северус его прекрасно понимал.
— Гермиона очень важна для меня. Настолько, что я с готовностью подвергся вашему допросу; при любых других обстоятельствах я весьма скрытный человек. Я хочу, чтобы она была счастлива. И если наши отношения продлятся всю нашу жизнь, я буду безмерно этому благодарен.
— Я рад это слышать. Гермиона очень повзрослела с нашей последней встречи, — в его голосе прозвучала печаль. Не нужно даже читать мысли, чтобы понять, что он скучал по Гермионе и заботился о ней, как о своей собственной дочери.
Северус почувствовал, что должен был его хотя бы немного, но успокоить.
— Она — красивая и талантливая молодая женщина. Гермиона через многое прошла, и она не похожа ни на кого, кого я когда-либо встречал раньше. Я рад, что она решилась восстановить связь со своим прошлым.
— Я тоже, — улыбнулся Кэмерон. — И приятно видеть рядом с Мими кого-то столь взрослого и опытного, а не глупого мальчишку, который едва за ней может поспеть.
— Как и я, — он, не сдержавшись, ехидно фыркнул.
Последовала очередная пауза, которая уже не была такой давящей, как первая. Снейпу стало любопытно, закончился ли, наконец, этот допрос или…
— Ты любишь корнуоллскую выпечку? — спросил Кэмерон, кивнув головой в сторону кухни.
Дом был полон приятных запахов. Северус кивнул.
— Да.
— Отлично! — он встал с дивана. — Моя жена готовила весь день и точно захочет узнать твоё мнение. С тех пор, как Мими сообщила о своём приезде, Марианна только и делала, что постоянно убиралась и ломала голову по поводу ужина.