Глава 229: Но здесь удобнее? (4)

Холодный взгляд Рона устремился на Кейла. Однако тот уже отвернулся, стараясь выглядеть как можно более беспечным.

(Человек, взгляд дедушки Рона пугает!)

Услышав замечание Раона, Кейл вздрогнул. Но сказанного не вернуть.

Он не говорил Рону заранее, что собирается взять под свой контроль преступный мир Восточного континента. Всё, что он сказал, было пойти с ним, раз Рон хорошо знал Восточный континент.

— … Юный господин.

В голосе Рона не было обычной мягкости.

Злобный голос старика заставил Кейла рефлекторно ответить.

— Ты единственный, кому я могу это доверить.

Это была правда.

По сравнению с ужасным актёром Чхоль Ханом, невинной Мэри или странно разговорчивым вице-капитаном Хилсманом, Рон был наиболее подходящим для роли правителя преступного мира.

Однако Кейл не мог посмотреть на Рона.

Он был напуган.

Независимо от того, насколько сильнее он стал, этот старик был странно страшнее даже Чхоль Хана. Кто-то, кто просто нападёт на вас, или тот, кто незаметно подкрадётся и отрежет вашу голову. Кто из двоих будет страшнее?

Естественно, последний.

Рон Молан был талантлив в том, чтобы спокойно забирать жизни людей.

Кейл держал рот на замке и изо всех сил старался избегать взгляда убийцы.

Однако старик продолжал смотреть на спину Кейла. От него исходила настолько жуткая аура, что бывший главарь бандитов в страхе держал рот на замке, переводя взгляд с рыжеволосого на старика.

Бирок сидел в углу, отряхивая пыль с меча и делая вид, что ему всё равно, но всё его внимание было сосредоточено на отце.

Молчание было нарушено, когда Рон заговорил.

— Человек, который однажды потерял всё и сбежал, потерял свою порочность и теперь стар.

Рон говорил о себе.

Он сбежал с Бироком после того, как дом Моланов пал, а все члены его семьи были убиты. Он утратил свою первоначальную порочность и стал простым стариком.

Он был слишком стар, чтобы продолжать развиваться, как Чхоль Хан или Мэри.

Рон пытался сказать Кейлу, который просил его взять под контроль преступный мир Восточного континента, суровую правду. Именно в этот момент он услышал голос Кейла. Голос полный недоверия.

— Больше никакой лжи.

Рон вздрогнул.

Кейл всё ещё не мог смотреть на Рона.

«Слабый? Не злой? Старый?»

Если Рона сочтут слабым, всем остальным убийцам в мире придётся уйти на пенсию. Почему он ведёт себя так скромно, в отличие от себя обычного?

Кейл не скрывал недоверия на лице.

Рон не мог ничего сказать, глядя на Кейла, показывающего свои истинные эмоции.

«Больше никакой лжи?»

Рон посмотрел на своего Юного господина, который слишком вырос, чтобы называть его щенком. Он слышал, как тот ворчит.

— В свободное время ты только и делаешь, что чистишь кинжал. Слабый? Ты не представляешь, как страшно выглядишь каждый раз, когда делаешь это. Боже мой.

Улыбка на губах Рона быстро исчезла. Его взгляд опустился на свои руки. Сказанное Кейлом было правдой. Он действительно каждый день чистил свой кинжал.

На то была простая причина.

Он не знал, когда могут появиться враги, и потому, что они были в середине войны.

Он никак не мог держать оружие подальше от себя в такое время.

Однако он вдруг о чём-то задумался.

«Действительно ли это единственная причина?»

Рон повернул голову.

Он видел, как его сын, Бирок, чистит свой меч. Сын не отвёл взгляд, смотря ему прямо в глаза.

На обычно невозмутимом лице сына появилась странная улыбка.

‘Отец, тебя поймали’, — вот что, казалось, говорила его улыбка.

Да, его поймали.

Губы Рона тоже медленно поднялись. Это была холодная улыбка, далёкая от его обычно доброжелательной.

Чхоль Хан, Мэри и Хилсман. У него чесались руки и ноги, когда он наблюдал за их битвами. Хотя его чувства немного отличались от желания Мастера Меча Ханны сражаться, всё его тело кипело от страсти.

Он знал, что шансы такого старика, как он, стать ещё лучше, были намного меньше, чем шансы этих детишек, однако он не мог опустить кинжал.

Он тренировал свою искусственную руку каждое утро, после чего шёл будить Кейла.

С чем это было связано?

— Старая моя задница. Тебе ещё десятки лет жить.

Он посмотрел на своего щенка Юного господина, который всё ещё ворчал.

На лице Рона снова появилась доброжелательная улыбка.

— Юный господин, всё, что вы сказали, правда.

Кейл медленно повернул голову. Он почувствовал, как его сердце замерло, когда встретился взглядом с Роном.

— Я слишком жаден, чтобы быть скучным стариком.

«Почему у старика такой злобный взгляд?»

Кейл прижал руку к сердцу и сглотнул. Однако Рон уже смотрел на главаря бандитов, говоря:

— Мы возвращаем благодать в сотню раз больше, чем получаем, в то же время наша месть приносит смерть нашим врагам.

Рон верил, что у каждого была своя внутренняя свеча. Свеча медленно начинала гаснуть, когда вы становились старше, пока её свет полностью не погаснет, оставив вас в холодном мире, наполненном темнотой.

Однако, он ошибался.

То, что гасило свечу его сердца, было не старение, а ветер, которому он позволил войти. Более того, он предпочёл отвернуться от маленького пламени, которое продолжало гореть.

Он наконец осознал это.

И когда Рон начал заботиться о маленьком пламени, что почти угасло, он смог почувствовать всё, чего не понимал. Он чувствовал свою непоколебимую решимость, которая говорила, что он может продолжать идти ещё долго.

— Юный господин, большое спасибо.

Он поблагодарил человека, который помог ему найти то крошечное пламя, которое всё ещё горело в нём.

С другой стороны, Кейл чувствовал хаос.

«Сначала он внезапно говорит ‘наша месть приносит смерть нашим врагам’, а потом благодарит меня?»

Он был встревожен, поскольку не мог понять, что происходит, однако, видя, что взгляд Рона возвращается к нормальному с доброжелательной улыбкой, он решил пока расслабиться. Его сердце, которое замерло от страха, снова начало биться в нормальном ритме.

Успокоившись, он услышал чей-то голос.

— Но, главарь бандитов.

Бывший главарь бандитов посмотрел на Кейла и осторожно привлёк внимание. И когда Кейл бросил на него вопрошающий взгляд, тот продолжил:

— Разве чтобы контролировать преступным мир, не нужно много денег? С точки зрения силы, я считаю, что этих великих людей возле вас должно быть достаточно.

Выражение лица Кейла стало странным.

«Думаю, он не всё же не такой, как Тунка.»

Тунка не заботился бы ни о деньгах, ни о чём-либо ещё, кроме битв. В этом отношении бывший главарь бандитов был на удивление умён.

Вероятно, именно это позволило ему вырваться из рабства и стать главарём бандитов. Ему нравились такие люди, которые умели пользоваться своей головой, поэтому он объяснил ему.