Глава 407. Только я (5)

Маг Бекрок отвёл взгляд от Розалин.

Он посмотрел вниз на солдат, которые были уничтожены алхимическими бомбами и плотными формированиями со стороны Рэкса, после чего небрежно начал говорить.

— Я ведь уже говорил тебе? Я нашёл способ смешивать мёртвую ману и природную ману вместе. Разве это не означает, что я могу контролировать обе эти силы?

Серая мана начала окружать Бекрока.

Мастер Южной башни выпал из рук Бекрока и упал в горящую башню.

(Человек!)

Кейл почувствовал лапы на своей спине, как только оказался в воздухе.

Раон был единственным, кто мог это сделать.

— Что произошло?

(Умная Розалин использовала магические камни, чтобы сделать свою ману сильнее, а этот ублюдок Бекрок защищался серым щитом, пока внезапно не поглотил Мастера Южной башни!)

— . Как он себя чувствует после поглощения мёртвой маны?

Кейл недоверчиво посмотрел на Бекрока.

Живые люди должны чувствовать боль, когда мёртвая мана входит в их тело.

Конечно, было и исключение.

— Чёрный маг?

(… Мёртвая мана и мана не могут сосуществовать.)

Если бы это было возможно, тогда Дракона поглощали мёртвую ману и использовали чёрную магию.

Мёртвая мана не была чем-то, что нужно было насильно собирать, как это делали Белая звезда и его подчинённые.

В какой-то момент все живые существа умрут естественным образом.

Мёртвая мана выйдет из их тел после их смерти.

Вот почему тёмные эльфы жили рядом с кладбищами, чтобы поглощать мёртвую ману, выходящую из мёртвых.

— Α?

Глаза Кейла широко раскрылись, когда он посмотрел на Розалин и Бекрока.

— Раон, рука Мисс Розалин—

Кейл заметил, что у Розалин дрожат руки.

«Она не пострадала?»

Но, похоже, она была цела.

Раон помог бы ей, если Розалин угрожала опасность.

Τогда что же это было?

— *Кхехе У тебя трясутся руки.

Бекрок решил вопрос Кейла за него.

Он посмотрел на дрожащую Розалин, продолжая говорить.

— Они больше не поддаются контролю, верно?

Он указал на пространственную сумку, из которой больше не сыпались магические камни.

— Ты знаешь, почему я поделил магические камни со своими подчинёнными вместо того, чтобы использовать их все самому?

Мёртвая мана и мана продолжали сталкиваться и увеличиваться в размерах вокруг него.

Серая мана постепенно становилась больше.

— Я не хотел получить несварение.

Кейл вздрогнул от такого ответа.

— Магические камни — это концентрированные шары маны. Ты хочешь контролировать десятки, нет, сотни таких шаров своими силами? Ты взорвёшься и умрёшь.

Бекрок усмехнулся, а Розалин, чьё лицо было закрыто капюшоном, прикусила губу.

— Если ты хочешь использовать их, то не должна выходить за свои пределы.

Десятки за раз, если это был предел.

Или сотни за раз, если таков был предел.

— Вот почему, Розалин, должен быть предел тому, сколько маны ты можешь контролировать одновременно.

Доказательством тому были дрожащие пальцы Розалин.

— Ηе говори такой чепухи.

До слуха Бекрока донеслось бормотание Розалин.

*Кхаха

Βот почему он начал смеяться. Затем он остановился, чтобы отдать приказ.

— Спуститесь на землю.

— Да, сэр!

— Да, Мастер башни-ним!

Чёрные маги и маги разделились на пары, после чего спустились вниз. Увидев их спуск, сэр Рэкс начал что-то кричать.

— Бросайте бомбы!

Αлхимические бомбы были брошены в воздух.

*Бах! Бах!

<Эй, Кейл. Похоже, что с такой скоростью всё выйдет из-под контроля.>

Бад, который всё ещё был на связи, начал говорить с беспокойством.

Оставалось ещё много алхимических бомб.

Тем не менее, вполне вероятно, что солдаты пострадают, если чёрные маги и маги помогут, особенно используя эту комбинацию маны.

(Сумасшедший… Мана всё ещё становится больше.)

Серая мана продолжала увеличиваться.

Бад смотрел на это с недоверием. Кейл же потрясённо смотрел на Бекрока.

— Разве это не удивительно?

Бекрок развёл руки в стороны, словно гордо демонстрируя свою серую ману.

— Мёртвые и живые продолжают сталкиваться и становиться всё больше. Знаешь ли ты, в чём разница с магическими камнями?

Он смотрел на серую ману вокруг себя, как будто был влюблён.

— Мне нужно использовать лишь часть своей силы, чтобы многократно усилить её комбинированной маной.

Вот в чём было величие этой комбинированной маны.

Ему просто нужно было использовать треть маны, чтобы мана и мёртвая мана столкнулись друг с другом, многократно возрастая в силе.

— Разве это не здорово?

Бекрок видел под капюшоном красные глаза Розалин.

Эти глаза говорили ему следующее.

— Как такое возможно?

Бекрок мог сказать, что женщина в мантии была растеряна и сбита с толку тем, как он мог контролировать и магию, и чёрную магию.

Вот почему он начал улыбаться.

Затем он заговорил в коварной манере.

— Я кое-что знаю о тебе. Мне было любопытно узнать об этом талантливом маге, о котором всё время говорили, поэтому я кое-что разузнал.

Розалин и Бекрок посмотрели друг другу в глаза.

Бекрок продолжал говорить в спокойной манере.

— Я был потрясён тем, что обнаружил. У нас оказалось много общего.

Одна рука Бекрока начала двигаться.

Объединённая мана, которая сталкивалась друг с другом, начала собираться вместе.

При этом он не сводил глаз с Розалин, продолжая говорить.

— У нас одинаковый возраст.

24 года.

Бекрок и Розалин были ровесниками.

— Мы оба очень умны. Мы проявляем большой талант в магии.

В этот момент улыбка Бекрока превратилась в кривую усмешку.

— Но я родился бедным. Вот тут-то мы и отличаемся.

Бекрок посмотрел на солдат, лежащих у него под ногами.

— Я был таким же мусором, как и они.

Он родился без денег, власти или чего-то подобного.