24. Соло и Ситх
24. Соло и Ситх
Охранники вели Хана по коридорам этажа, прочь от Люка. Голова у Хана шла кругом так, что он не замечал довольно грубого обращения с ним. Он спотыкался, когда его подталкивали бластерами, и в итоге он с изумлением обнаружил себя стоящим в камере, почти не отличавшейся от той, в которую его поместили на Корусканте. Смотритель изолятора приказал ему снять похищенную штурмовую броню, и, когда он выполнил это требование, за ним захлопнулась дверь.
Вновь открылась она лишь часов двенадцать спустя.
* * *
Столь острое напоминание о том, что мальчик для него значит, заставило Вейдера не расставаться с Люком ещё около часа. Он отнёс мальчика в его комнату, расположенную в глубине личных покоев Вейдера, и наблюдал, как тот засыпает. Было уже поздно, так что мальчик быстро уснул, но страх Вейдера перед возможностью лишиться сына по-прежнему оставался довольно силён, и только спустя несколько минут он вспомнил, что у него есть ещё двое детей, испуганный плач которых постепенно нарастал в Силе.
Оторвавшись наконец от спящего Люка, Вейдер спустился на аварийном турболифте в убежище. Остававшиеся там двухлетние девочки жались сонным, заплаканным комочком в одном из углов. Он быстро подхватил их на руки и накинул плащ. Ощутив, как испуганно вздрагивают их маленькие тела, он вновь проклял Соло. Они крепко прижимались к нему, пока Вейдер возвращался в детскую, и ещё целый час потом, пока ему не удалось успокоить их маленькие сознания достаточно, чтобы снова уложить их спать.
Только когда все три ребёнка оказались в постелях, Вейдер включил комлинк. Остаток ночи он провёл на территории замка, пытаясь навести в нём порядок без неоценимой помощи Мийяр. Смотрительницу замка доставили в медблок, где у неё диагностировали лёгкое сотрясение мозга. Ещё одна причина невзлюбить Хана Соло, как будто их у него и без этого мало…
И лишь когда над Вджуном забрезжил рассвет, он направился, наконец, в изолятор на верхнем этаже для давно назревшего разговора с Соло.
* * *
Изо всех сил Хан старался не думать о своём ближайшем будущем — и, скорее всего, о смерти, — когда это ближайшее будущее неожиданно появилось в его камере. Дарт Вейдер вынырнул из двери в допросную, и, как ни странно, опасения Хана мгновенно сменились стойким ощущением дежавю. «Как в старые добрые времена,» — легкомысленно подумал он. Затем Вейдер начал.
— Единственная причина, по которой ты не мёртв, — громыхнул он леденящим душу тоном, — заключается в том, что этого не хочет Люк. Однако если соизмерить этот факт с твоими поступками, то разница получается опасно ничтожной. Можешь считать, что это твой шанс предъявить более убедительные аргументы в пользу того, что я должен позволить тебе продолжить дышать.
— А почему бы Вам не привести мне убедительную причину, почему я должен оставить Люка у Вас? — выстрелил в ответ Хан. В любом случае, он уже мёртв, так что можно смело сражаться…
Какая-то невидимая рука со злостью впечатала Хана в стену, стремительно нанеся смертельный удар по его возрождавшейся беспечности.
— Люк — мой сын, — прошипел ему Вейдер, — а ты, Соло, не в том положении, чтобы что-нибудь требовать.
В этом он прав. Джедайско-ситско-магическая хрень, прижавшая Хана к стене, резко сдавила ему горло, но не настолько, чтоб задушить. Да, лихорадочно соображал Хан, он действительно прав.
— Ты вломился в мою частную резиденцию, хладнокровно расстрелял моих офицеров, моего администратора отправил на больничную койку, имущества Империи уничтожил на несколько тысяч кредитов, — голос Вейдера сорвался на ядовитый шёпот, — и пытался похитить моего сына. Мне очень интересно услышать, что ты придумаешь для оправдания всех этих безобразий, пацан.
— Да, — прохрипел Хан, — ну… может быть… если Вы позволите…
Невидимая удавка на его шее ослабла. Скрестив руки Вейдер пристально разглядывал его из-под своей маски похожей на лицо смерти.
— Потому что я не собираюсь оставлять Люка в беде, вот почему! — огрызнулся Хан, едва набрав достаточно воздуха.
Владыка ситхов разжал свою хватку, отпуская Хана от стены.
— Что для тебя этот мальчик, Соло? — довольно мягко для себя спросил Вейдер.
Хан беспомощно сел. У него практически не было вариантов ответа на этот вопрос, и он дал единственный, какой у него имелся.
— Он мой друг, — пробормотал Соло.
К его удивлению, Вейдер промолчал, а не отмахнулся презрительно от его слов. Ободрённый кореллианец продолжил:
— Он мой друг, и Кеноби просил меня присматривать за ним и оберегать его, и я сделаю это, даже если погибну!
Несколько секунд, показавшихся скорее минутами, Вейдер молча смотрел на него. Как раз в тот момент, когда Хан почувствовал себя ужасно похожим на уродливую амёбу под микроскопом высокого разрешения, Тёмный Лорд потянулся к поясу, достал дюрасталевые наручники и застегнул их на запястьях Соло. Затем Вейдер вплотную к нему подошёл, схватил Хана за шкирку и выволок из камеры в коридор.
Они пронеслись мимо растерявшихся охранников у контрольного поста, а затем и вовсе вышли из изолятора в строго обставленный холл. Следующим, что узнал Хан, стала напоминающая вход в пещеру дверь в личные апартаменты Вейдера, где он был задержан. Похоже, охранная система распознала Вейдера издалека, потому что дверь распахнулась при их приближении. Не теряя времени, Вейдер затащил Хана внутрь. Его проволокли за шиворот ещё по нескольким коридорам и в итоге плюхнули в кресло в небольшом конференц-зале.
— Не советую тебе пытаться сбежать, Соло, — спокойно сказал Вейдер, снова исчезая за дверью.
Хан решил, что в этот раз стоит послушаться.
* * *
Кто-то тряс его за плечо. Люк моргнул глазами и посмотрел на хронограф, висевший на стене возле кровати… Хатт, всего шесть утра! Он недовольно простонал и поглубже зарылся в подушки, старательно игнорируя желающего разбудить его в столь неурочное время.
Потряхивания становились все более нетерпеливыми.
— Вставай, Люк, — раздался над головой отчётливый бас.
— Не хочу, — сонно пробормотал он, пытаясь высвободить плечо из хватки отца.