Глава 1015. Правда и ложь

Сквозь метель, две фигуры в капюшонах медленно вышли из Пограничного Тумана.

Один из них, стоя на чистом белом снегу, осторожно снял капюшон, являя миру юное девичье лицо.

Она огляделась по сторонам, взирая на ледяную пустыню, тяжело вздохнула, и в её глазах читалась сложная гамма чувств.

— Мы снова здесь…

— М-м, — спокойно кивнул стоявший рядом мужчина.

— Мы покинули Цаннань уже три или четыре года назад, — девушка медленно закрыла глаза и тихо произнесла. — То время…

— Сяонань.

Мужчина внезапно заговорил, прервав её слова, и протянул левую руку, указывая на свою правую, скрытую в широком рукаве.

Та рука… нет, это уже и рукой нельзя было назвать.

Оттуда, из рукава, выползла чёрная змея, напоминающая руку, с красным раздвоенным языком; её голова разделялась на пять пальцев, а на тыльной стороне ладони росло маленькое ухо.

Мужчина присел и пальцем левой руки быстро начертил несколько китайских иероглифов.

— Ухо Локи, подслушивает разговоры. Будь осторожна в словах.

Сы Сяонань, увидев написанное, помолчала несколько мгновений и без всякого выражения продолжила:

— Те времена, всякий раз, когда я о них вспоминаю, вызывают у меня отвращение.

Говоря это, она присела и тут же написала на снегу:

— Когда он тебе его вживил?

— Незадолго до… За эти два года мы сделали слишком много, он уже начал подозревать.

— Какая мерзкая старая лиса.

Сы Сяонань снова помолчала несколько мгновений, затем написала на снегу два больших иероглифа.

«Правда», «Ложь».

Она протянула руку, нарочито потрогала нос, а затем указала на иероглиф «Ложь».

— Цаннань, пусть хоть погибнет, мне всё равно, — сказала она, глядя Лэн Сюаню в глаза.

Затем она снова протянула руку, указала на иероглиф «Правда» и продолжила: — К счастью, ты рядом со мной.