Глава 1458. Тост

— Эй, эй, ты видела? Вон тот, что в плаще сидит у китайского самовара и без умолку пьёт!

— Видела! Это действительно он!

— Хоть и немного поправился… но если приглядеться, он всё равно очень красив.

— Конечно! Это же Толстяк Байли из Отряда [Ночной Завесы]! Сегодня та схема Инь-Ян Багуа, что спасла множество людей, была выпущена им.

— Я тоже видела, как он стоял на схеме Инь-Ян и призывал гром, это было так круто!

— Хм-м-м… Мне кажется, он тоже ничего, но те двое рядом с ним, кажется, красивее, особенно тот, что слева.

— Это Линь Цие, капитан [Ночной Завесы], а рядом с ним — заместитель капитана Ань Цинюй. Говорят, у обоих уже есть возлюбленные.

— Какая жалость… А вон тот, что спиной к нам?

— Нет, тот не годится, слишком суровый. Нет в нём той милоты, что есть в Толстяке Байли.

— Толстяк Байли, кажется, до сих пор холост. Может, подойдём к нему позже и попросим номер?

— Это же как-то неудобно?

— Что тут неудобного? Война уже закончилась. Если не попытаться, то когда они уедут отсюда, мы можем больше никогда их не увидеть.

— Ну… кто тогда пойдёт?

— Камень-ножницы-бумага! Кто проиграет… нет, кто выиграет, тот и пойдёт!

— …

Среди щебетанья группы медсестёр Мо Ли сонно открыла дверь своей комнаты.

Она стояла в коридоре, глядя на оживлённую площадь неподалёку, и после долгого прислушивания её выражение лица стало весьма странным.

— Камень-ножницы… Бумага!!

После серии жестов, изображающих камень, ножницы и бумагу, одна медсестра с раскрасневшимися щеками сбежала по лестнице и быстро направилась к той фигуре на площади.

Остальные медсёстры, толкаясь и перешёптываясь, тоже выбежали следом, две-три из них шли вприпрыжку.

Мо Ли стояла на месте, уголок её губ слегка дёрнулся. Она подсознательно хотела последовать за ними… но всё же заставила себя остановиться.