Глава 842. Прошлое

Тогда Лу Баою было всего десять лет, возраст неведения. Внезапное возвращение отца домой несколько озадачило его. И вот, когда он только начал принимать его, Лу Цю внезапно уехал.

И этот отъезд вновь затянулся на долгие годы.

Семья Лу, благодаря Лу Цю, стала самой завидной среди десяти ли и восьми деревень. Жители деревни гадали, что Лу Цю разбогател где-то далеко. Однако из-за того, что он годами не возвращался домой, по деревне начали тайно расползаться различные слухи.

Одни говорили, что он стал крупным боссом, женился на молодой жене, а мать Лу Баою держал в любовницах. Другие утверждали, что он занимался незаконными делами, сколотил огромное состояние, но боялся вернуться, опасаясь ареста полицией. А третьи говорили, что он стал разыскиваемым преступником, потому что кто-то видел, как он тайно хранил дома ножи и пистолеты…

Маленький Лу Баою не понимал всего этого. Но он чувствовал, что взгляды других людей на него были какими-то странными.

Зависть? Ревность? Насмешка? Сострадание?

Возможно, именно с того момента в его сердце зародились семена обиды. А с возрастом, подпитываемая юношеским бунтарством, эта эмоция разгоралась всё сильнее, становясь неуправляемой.

Лу Баою стоял у входа в небольшой домик, его выражение лица было сложным.

С тех пор как он ушёл из дома, прошло очень много времени… За это время он многое пережил, вступил в ряды Ночных Стражей, узнал об их существовании… И именно поэтому, когда он снова оказался у этой двери, он вдруг понял, что его взгляд на некоторые события прошлого изменился.

В глубинах его памяти снова всплыли те гневные золотые глаза. Голос Линь Цие эхом отдавался в его сознании:

— …Как ты думаешь, почему ты смог спокойно вырасти, свободно передвигаться по миру, стоять здесь таким живым, заносчивым и высокомерным, угрожая убить одного из Ночных Стражей?!

— Потому что тебе повезло? Потому что мир таков, каким и должен быть?

— Чушь!

— Это потому, что бесчисленные Ночные Стражи несли твою ношу за тебя!

Ночные Стражи…

Лу Баою протянул руку и осторожно провёл по тяжёлой двери. На душе у него вдруг стало тяжело.

— А? Разве это не Сяо Баою? — Позади него раздался старческий голос.

Лу Баою обернулся. Из низенького домика напротив вышел старик, который, опираясь на посох, помахал ему.

Сяо Баою было прозвищем Лу Баою.