Глава 881. Верить им

Толстяк Байли, проходивший мимо и увидевший эту сцену, слегка изменился в лице и уже собирался шагнуть вперёд, чтобы остановить их.

В этот момент чья-то рука легла ему на плечо. Цао Юань, на лбу которого выступил холодный пот, покачал головой, глядя на сражающихся вдалеке людей:

— Бесполезно, их рассудок полностью помутнел. Уговорами их не остановить, они лишь обратят свою ярость на нас… Надо действовать.

Как только он произнёс это, Цао Юань, словно осознав свою неточность, добавил: — Я не имею в виду убивать их…

— Я знаю, я всё ещё в своём уме.

Толстяк Байли глубоко вздохнул, сунул руку в карман, и зелёная верёвка, которую он только что использовал для связывания бешеной собаки, снова вылетела, мгновенно удлинившись в несколько раз. Словно зелёная змея, она затанцевала в воздухе, крепко связывая всех сражающихся между собой жителей деревни.

Скованные зелёными верёвками, жители деревни оставались неистово свирепыми. Они повернули головы к Толстяку Байли и его спутникам, яростно ревя и безумно извиваясь, пытаясь вырваться, но зелёные верёвки словно вросли в них, и, сколько бы они ни старались, освободиться не могли.

Видя эти кричащие и рычащие фигуры, Толстяк Байли снова не смог сдержать вспыхнувшей в его глазах ярости. Он быстро закрыл глаза, сжал кулаки, вены на его руках вздулись, словно он что-то сдерживал.

Над тёмным небом, почти половина кровавой луны уже показалась из-за облаков, алая, как кровь.

Струйки свежей крови текли из лежащих рядом тел, а в жарком, удушливом воздухе, где горело пламя Инь, запах крови непрерывно раздражал ноздри всех троих, словно грешная и яростная длань демона, нежно ворошащая их сознание…

Крупные капли пота стекали по щекам Цао Юаня; алый отблеск в его глазах становился всё интенсивнее. Его боковой взгляд приковался к окровавленному кинжалу, лежащему на земле среди жителей деревни, и он уже не мог отвести глаз.

В его сознании, казалось, непрерывно раздавался шёпот, призывающий его поднять этот кинжал.

Он бессознательно сделал полшага вперёд.

В следующее мгновение некая фигура опередила его, подняла кинжал с земли, отбросила его одним движением, и оружие глубоко вонзилось в дальний карниз крыши!

— Цао Юань, ты не можешь к нему прикасаться… — В глазах Шэнь Цинчжу тоже появился алый отблеск. Он стоял на месте, тяжело дыша, и смотрел на Цао Юаня с решимостью и серьёзностью.

Цао Юань ошеломлённо посмотрел на Шэнь Цинчжу, и лишь спустя долгое время пришёл в себя, болезненно потирая виски.