Глава 60. Разногласия(Часть 2).
Я зарычал на Штурмового Паладина перед собой. Тупая, блять, хрень была не очень дружелюбной… В основной системе наведения вооружения была ошибка, которая просто не могла исчезнуть. Хреновая диагностика! Мне не кажется, что это связано с аппаратным обеспечением, но, по словам Аделаиды ошибка была не в программном обеспечении. Так что, возможно, я где-то облажался с проводкой… В любом случае, я занимался этим пару часов и начинал всерьез задумываться о том, чтобы просто разбить свой голопад об эту чертову хрень!
Затем я вздохнул и положил его на металлический стол, после чего тяжело свалился на стул. В данный момент я находился в арсенале, пытаясь завершить последние штрихи. Здесь было довольно одиноко, ряды пустых паладинов над головой, да и Мерлин покинул свое обычное место, но это вполне соответствовало моему нынешнему настроению. После утреннего собрания мы с Камиллой не так уж и много разговаривали, просто обменялись несколькими любопытными штуками, но атмосфера все также была тяжелой. Если смотреть на это объективно, то ее доводы, по которым я не могу позволить себе заниматься играми со временем, были довольно логичными. Все было недостаточно продумано, не было никакого способа узнать, сгорит ли от этого мой мозг, у военных, вероятно, была довольно веская причина, помимо той ерунды, которую я придумал для ограничения продолжительности до тридцати дней и т.д.
Но проблема, которую я пытался объяснить, заключалась в том, что я не могу придумать другой способ изучения всех новых систем за неделю, которая нам отведена. Одни обновления стандартного Паладина, вероятно, займут неделю или около того, чтобы я смог к ним привыкнуть. У меня не было бы времени, чтобы научиться использовать прототипы нового оружия, и определенно не было бы времени, чтобы разобраться в Штурмовом Паладине. Конечно, риск имеется, но было гораздо опаснее выскочить в Денвер в одних штанах, и Камилла вполне нормально отнеслась к этому.
После этого атмосфера немного накалилась. Затем мы обменялись парочкой гневных фраз, повысили друг на друга голос. Опять же, объективно говоря, все было не так уж плохо, но я не люблю устраивать перепалки. Это может показаться очевидным, но мне действительно не нравится спорить и конфликтовать с ней.
«Я просто не знаю, что делать, мистер Паладин», — жаловался я неодушевленному доспеху, — «я чувствую, что мне нужно пройти эту тренировку, но Камилла против».
Затем я заговорил грубым и серьезным тоном. — «Ну, Сэм, почему бы просто не проигнорировать ее и не сделать это в любом случае? На карту поставлены жизни!»
«Мистер Паладин, я бы хотел… Но обычно, когда я игнорирую совет Камиллы, все становится действительно не очень хорошо. Я бываю зациклен на определенных вещах, а она постоянно мешает мне совершать ошибки. И делать это не учитывая все потенциальные опасности, определенно ошибка, как и в Денвере».
«Сэм, Сэм, Сэм, ты, бедняжка, наивная булочка с корицей», — ответил мистер Паладин (я), — «Иногда есть вещи, которые тебе нужно сделать, несмотря на то, что кажется правильным».
Я подумал о том, что только что сказали доспехи(я). — «Прежде всего, ты(я) — действительно, не должен называть меня булочкой с корицей. Это просто странно. Во-вторых, ты(я) — частично прав. Но отчасти ты и прокололся». — Я встряхнулся от своей одинокой рутины, но все же продолжал говорить вслух. — «Ладно. Я прав или, по крайней мере, наполовину прав, но я не считаю, что этого достаточно. Камилла тоже наполовину права. Мне нужно придумать способ, чтобы быть абсолютно уверенным, что я справлюсь с этим и останусь в здравом уме. Если я стану овощем, то вряд ли смогу принести хоть какую-то пользу в борьбе с инопланетянами».
Я схватил свой голопад с верстака и подошел к паладину, а затем постучал кулаком по толстой неокрашенной броне. — «Спасибо, приятель, я бы не справился без тебя».
После я плюхнулся прямо на бетонном полу арсенала и начал просматривать документацию и медицинские отчеты касательно ускорения времени для мозга. Откровенно говоря, там было какое-то довольно странное дерьмо. Видимо, я был очень, очень неправ в некоторых вещах. Хотя это правда, что у большинства людей симптомы не проявлялись до 60 дней, но количество данных было чертовски маленькое и не систематическое. Некоторые субъекты начинали слетать с катушек примерно через сорок дней, некоторые даже раньше, и не было зарегистрированных случаев восстановления после потери здравомыслия. Это вводит в ступор…
На самом деле, все было не так уж и мрачно. Когда кто-то собирался окончательно превратиться в овоща, были довольно четкие предупреждающие знаки. Если бы Аделаида не спускала с меня глаз, и мы оснастили тренажерный отсек, чтобы следить за конкретными отклонениями в моделях моих мозговых волн (у нас были тонны данных, благодаря моей интеллектуальной связи с учреждением), это значительно снизило бы риск. Медицинские капсулы также могут быть полезны. Некоторые глубокие сканирования мозга могут отобразить, насколько я подвержен превращению в овоща, исследования процедуры замедления времени показали, что одни мозги справляются с умственной нагрузкой лучше, чем другие. Да, это далеко не показатель, но теперь у меня есть хоть какое-то представление. Я могу предпринять несколько других мер предосторожности, например, заранее выспаться и убедиться, что растяжение времени не будет разбито на множество разных сегментов. Начало ускорения было стрессом для мозга, но длительное время в подобном состоянии также может принести пользу. Определенный баланс, который я должен поддерживать».
Несколько минут спустя я отвел глаза от голопада и ударил себя по лбу. — «Черт возьми. Я не думал об этом!»
«Нет, ты не подумал…»