День 148.

На севере от столицы есть огромное сооружение овальной формы, называемое «Круглое поле для соревнований Колизей».

Здесь обычно люди наподобие рабов, преступников, проданных за долги граждан или пленников войны, собирались и принимали участия в схватках насмерть, служа развлечением и объектом ставок простолюдинов.

На окрашенной от крови земле, окруженный каменными стенами, на которых виднелись бесчисленные отметины от ударов: почему я вдруг сейчас стоял в центре Колизея?

Причиной была принцесса, политики, а также результат махинаций министров.

То есть, я кому-то мешаю и мне предполагалось здесь исчезнуть.

Ну, раз кабинет министров благодушно приготовил для меня обеденный стол, я съем всё, что они приготовили.

Хотя я слегка нервничаю перед толпой из несколько десятков тысяч зрителей.

* * *

— Дамы и господа, наконец-то мы готовы приступить к главному сегодняшнему событию.

Среди гула голосов прозвучал голос конферансье.

— Сегодняшним главным событием станет, последнее время монополизирующий все слухи, чёрный демон апостол лорд.

Стадион, вмещающий примерно 70 тысяч человек, сегодня был переполнен, люди толпились в проходах. Даже отдельные комнаты для дворян были забиты.

Каждый отдельный голос толпы, превышающей 70 тысяч человек, сливался в огромный гул.

И достигающий каждого уголка Колизея голос конферансье, который использовал специальный магический предмет, рассказывал информацию о бойцах, отпуская лёгкие шутки.

Полностью игнорируя его, в отдельном ложе, предназначеном специально для королевской семьи шёл разговор.

— Госпожа принцесса, правильно ли это?

— Что именно?

С серебряными волосами, обладательница красоты, сравнимой с красотой феи, Принцесса Руберия сидела на слегка большом для нее роскошном стуле, наклонив голову в сторону единственного присутствующего здесь юного рыцаря.

Слегка вздохнув, юноша продолжил свой вопрос:

— Правильно ли придавать огласке невероятную силу мастера?

— А, нормально, нормально. Сегодняшнее событие как раз подходит для такого.

Ободрив, не свойственной её возраста улыбкой, переживающего юношу, Принцесса Руберия взяла из стоящей на столе рядом корзинки красный фрукт.

Фрукт называется «Руберу» и он был хорошей формы, он имел красный цвет и его часто использовали для приготовления соков и вин.

Если с него снять кожу, он имел вкусную мякоть и особенный сладкий первоклассный вкус, тающий во рту.

Этот фрукт имел особенность, из-за которой его употребляла вся королевская знать.

Им нельзя было отравить. Если ввести в него отраву, фрукт претерпевал разнообразные изменения. Фрукты в корзине имели идеальную форму и цвет, поэтому Руберия спокойно его съела.

— Умуфуфуфу, всё же руберу вкусный.

На её лице расползалась чарующая улыбка. Но она не подействовала на юношу.

— Принцесса, не знаю, чем это обернется.

— Не волнуйся, верь в меня.

Стоящий позади юный рыцарь и громко смеющаяся принцесса Руберия. Которую окрестили сорванцом, вполне обычная картина.

— Верить или нет, не в этом дело, я последую за принцессой до конца, не важно, что случится. Проблема в том, как на это отреагируют окружающие.

Юный рыцарь Мейтетсу, выказывая уважение мастеру, волновался о том, что же случится, если он будет сражаться.

Ну, прежде всего, последствия только ещё предстоящего сражения, отразятся непосредственно на принцессе и на её окружении.

— У этого есть шансы превратиться в большой пожар, если так случиться, у меня есть беспокойство, хватит ли нам боевой силы.

— Уму, Мейтетсу тоже сомневается, может так и есть, вот только…

Взяв ещё один фрукт Руберу, она улыбнулась:

— Но, даже учитывая это, всё будет в порядке.

Без каких либо пояснений, просто с таких слов, полностью поверить сложно.

Но этих слов и взгляда принцессы Руберии было достаточно, чтобы развить все беспокойства внутри Мейтетсу.

Всё же хлопотная хозяйка ему попалась, слегка вздохнув, Мейтетсу вернулся к нормальной позе позади принцессы.

— Если принцесса так считает, больше я не стану возражать. Отныне полагаюсь на ваше решение.

— Уму, верно говоришь, — Руберия и Мейтетсу обменялись улыбками.

Вместе с тем голос конферансье стал ещё громче.

— Из южных ворот выходит гордость нашего Колизея «Король чемпионов меча» Райга Базето. Как вы уже знаете, он победитель 500 битв. Ни разу не запятнав свой титул поражением, самостоятельно сюда пришедший гладиатор, заставляющий расцветать цветы крови.

Вместе со словами конферансье, распахнулись врата одной из расположенных на юге камер, оттуда вышел только один мужчина.

Под 2 метра ростом, крупного телосложения мужчина, обе его тренированные руки были покрыты шрамами настолько, что на них не было свободного места.

Сверху была одета слегка отдающая зелёным цветом кожаная броня.

На спине у него виднелся огромный меч, на поясе висело ещё два. Растрепанные волосы и похожие на звериные зелёные глаза.

Он производил тяжелое впечатление очень опытного воина.

В Колизее он самый долгоживущий, самый сильный, самый смертоносный мужчина, Райга Базето, жадное до крови, словно тигр создание.

— Следующий участник из восточных ворот приехал к нам с дальнего востока [мечница иных земель] Каеда Сумираги, единственная женщина, использующая огромный меч, разрубающая сталь на куски, будьте с ней предельно внимательны.