Глава 189

Сьенна на этот раз сильно удивилась. Шайлин выглядела едва старше девятнадцати лет, но это означало, что она должна была быть старше самой Сьенны.

— Я помню, как Карл однажды рассказывал мне об особенностях народа тромилов.

Сейчас известно, что они вымерли. Говорят, что у тех, кто жил на территории Тромла, детство было намного дольше, чем у обычных людей. Поэтому им приходилось долго жить в обличье детей, и, как говорят, племя было уничтожено потому, что его продали в руки работорговцев.

Шайлин говорила более спокойным голосом, возможно, ей стало легче после того, как она поделилась большим секретом.

— Люди из Тромла изначально не могут работать в замке. Один мой знакомый помог мне подделать мою биографию, чтобы я смогла попасть в замок. Сложно было так долго жить на глазах у людей ребенком.

— Сложно, — сказала Шайлин просто. Но Сьенна слышала боль в ее дрогнувшем голосе, рассказывая, как ей было тяжело.

— Если узнают, что я из Тромла и что мне на самом деле 27 лет, меня выгонят из замка. Я не хочу этого.

— Наверняка было сложно рассказать мне свой секрет, но спасибо, что ты мне об этом рассказала. Но у меня все еще есть сомнения. С того момента, как я вернулась, прошло немного времени, но ты стала вести себя странно только недавно, и, как я уже говорила, у тебя был контакт с императрицей-вдовствующей. Кроме того, вы с Хейн были единственными горничными, которым я поручила убраться в спальне. Поэтому я не могу не сомневаться в тебе.

Шайлин резко помотала головой, когда услышала слова Сьенны.

— Лейя. Лейя убиралась со мной.

Слова Шайлин напомнили Сьенне о том дне. Когда она попросила убраться вместе с Лейей, Шайлин отказалась сконфуженной миной.

— Я ценю ее попытки пойти на контакт, но… она слишком много спрашивала. Я боялась проговориться и рассказать ей лишнего. Поэтому я избегала ее, путешествуя по дворцу. Тогда я пошла по другому пути, как обычно, и допустила ошибку с императрицей-вдовствующей. Императрица много раз отчитала меня за то, что я это сделала специально. Я думаю, она пыталась шантажировать меня, чтобы я стала шпионкой.

— Лейя спрашивала тебя об этом и о том? О чем именно?

— Сначала она просто спросила, что мне нравится и как я работаю в замке. А потом она стала задавать все больше вопросов. О чем я говорила с императрицей, где убиралась. Она спросила, что я там видела… Мне было так неловко, что я просто попыталась ее избегать.

Сьенна нахмурилась и задумалась. Если слова Шайлин были правдой, то Лейя была подозрительной. Но все обвинения против Шайлин не могли быть сняты. Необходимо было подумать более тщательно.

«Если Шайлин лжет…»

Если свидетелем, о котором говорила Ария, была Шайлин, то тот факт, что она была из Тромла и поддельным образом проникла в замок, мог поставить под сомнение достоверность ее показаний. Но что, если Шайлин сказала правду и свидетелем была Лейя?

Неприязнь Шайлин к Лейе — это факт, свидетелем которого была Сьенна. Как она и сказала, Лейя тоже зашла в комнату с Шайлин.

— В тот день, когда вы зашли в мою комнату, чтобы убраться вместе с Лейей, было что-то странное? Например, обыскивала ли Лейя мои ящики или обнаружила ли она письмо?

— Ваше Величество, вы сказали мне положить письмо в ящик, так я это и сделала. Я не видела, чтобы Лейя обыскивала ящики или нашла письмо. Я не сильно наблюдала за Лейей, поэтому… А! Кстати, когда она спросила меня, что за письма, я ответила: «Ее Величеству они очень нравятся».

Сьенна кивнула, встревоженно глядя на нее.

— Хорошо.

Шайлин все еще боялась Сьенну. Как хозяйке дворца, ей стало известно, что Шайлин из Тромла, что она подделала личность и получила работу горничной на испытательном сроке, поэтому она должна была быть наказана по всей строгости. Но Сьенна не хотела делать этого сразу, и она не была в том положении, чтобы кого-либо наказывать.