Глава 166
Бьякуя слегка нахмурился. «- Ты думаешь, что можешь повлиять на меня своими словами?»
Кишин проигнорировал замечание собеседника. «- Скажите мне, капитан Кучики, мы с Шинигами — совершенные существа?»
Мужчина просто промолчал, поэтому Чигецу продолжил: «- Тебе не обязательно говорить это, но ты уже знаешь ответ. Мы не идеальны. А кто создает законы? Мы – неидеальные существа, а значит таковы и наши законы. Твоя одержимость следованию законам, — всего лишь иллюзия, чтобы тебе не приходилось лично принимать трудные решения. А почему бы хоть раз не подумать самому, вместо того чтобы вести себя как верный пес общества душ?»
Бьякуя был внутренне взбешен, и его реяцу начало постепенно просачиваться наружу. «- Осторожнее со своими словами, лейтенант Чигецу.»
Кишин не стал разрывать зрительный контакт, когда поднял свой собственный уровень реяцу, чтобы соответствовать Кучики. «- Думаешь, я тебя боюсь?»
«- Ты слишком много болтаешь.»
«- А ты просто не можешь принять правду. И ведешь себя сейчас так только потому, что знаешь, что я прав.»
«- Ты ничего обо мне не знаешь.»
«- Правда? Тогда как ты смеешь предполагать, что знаешь что-то обо мне?»
«- Это ты укрываешь реку?»
«- Я советую тебе еще раз обдумать всю ситуацию, капитан Кучики.»
«- Это ты укрываешь реку?!» – повторил вопрос Бьякуя, на этот раз чуть повысив голос, но Кишин просто отмахнулся. «- Я иду к Рукии, и раз уж ты не хочешь заступиться за нее, то это сделаю я.»
«- Заступиться за нее, говоришь. И что ты собираешься для нее сделать?»
«- Спасти.»
«- Могу ли я воспринимать твои слова как акт восстания против общества душ?»
«- Да думай, как хочешь. Это ты любишь предполагать, а я предпочитаю действовать.» — затем Кишин положил свою руку на рукоять Занпакто. «- Но если ты прямо сейчас обнажишь свой меч против меня, то кто из нас нарушит закон? Капитан Кучики.»
Бьякуя мысленно выругался и еще несколько минут пристально смотрел на лейтенанта, прежде чем, наконец, взял под контроль свою реяцу и убрал ладонь с Занпакто. Не сказав больше ни единого слова, он повернулся и исчез в Шунпо.
Чигецу фыркнул, после чего обеспокоенное выражение вернулось на его лицо, и он направился к камере, где стояли два стражника синигами. Эти двое охранников стали свидетелями сцены их разговора, и чувствовали, насколько ужасающей была сила обоих. Если бы Бьякуя и Кишин не контролировали большую часть своего духовного давления, то парочка рядовых Шинигами были бы мгновенно раздавлены под его весом. Поэтому, когда перед ними появился один из участников недавнего спора, они чуть не упали в обморок.
Чигецу просто указал на дверь и приказал: «- Открывайте.»
«- Д-д-д-Да, с-с-сэр!» — один из охранников испуганно отдал честь и достал ключ, чтобы отпереть тюремную камеру. Через несколько секунд каменная дверь открылась, показывая темную круглую комнату с цементным полом и маленькой винтовой лестницей, ведущей к узкому окну, выходящему на холм Сокеку, возле которого сидели два человека.