Глава 166. Жир правит миром
Маленький маркиз все еще был наполовину скептично настроен, но ведь он действительно не нарушил ни одного из правил своей жены, так что у нее не было никаких причин мстить ему. Не в силах больше ничего сделать или сказать, он продолжал жевать. Его щеки уже начали болеть, когда едва уловимая сладость наполнила его рот. Он прожевал еще немного, и то, что было у него во рту, начало разваливаться и медленно таять. Наконец, маленький маркиз смог точно определить его вкус. Широко раскрыв глаза, он спросил:
— Может быть, это сладкий картофель?
— Как и положено гурману, вы смогли сразу же распознать этот аромат, — Су Нуан Нуан улыбнулась, — Ну как? Это же лучшая закуска для наследного принца?
Дуань Тинсюань пылко кивнул. Он прожевал еще немного, и его рот наполнился сладким и нежным ароматом сладкого картофеля. Затем он громко рассмеялся и сказал:
— Самое забавное — это начало. Хотя его трудно откусить, вкус становится лучше по мере жевания. Да, да, да, восхитительно. Это невероятно вкусно. А есть еще? Я боюсь, что этого маленького мешка будет недостаточно, у нас должно быть немного для наших собственных нужд.
— Вы уже такой высокий и гибкий, как дерево, вам ведь не нужна эта еда для похудения? Естественно, нашей семье нет необходимости есть такое, — Су Нуан Нуан повернулась к Сян Юнь, — Пойди и принеси своему господину еще один мешочек сушеного сладкого картофеля.
— А когда ты их сделала? Как же я раньше этого не замечал? — Дуань Тинсюань смотрел на нее с удивлением в глазах. Это заставило Су Нуан Нуан почувствовать себя Дораэмоном.
— Вы приходите сюда каждый день и бываете только на кухне и в этой столовой, — сердито сказала она, — Откуда вам знать, что мое истинное царство находится в саду за домом? Как бы то ни было, раз уж есть еда, ешьте ее. Не нужно больше спрашивать об этом. Или вы собираетесь помочь мне в приготовлении?
— Ой, ну не надо. Сливки, например, дорогая жена, все еще зависят от вашего мужа, верно? — Дуань Тинсюань слащаво улыбался и уже собирался прижаться к упомянутой жене, когда раздалось громкое «Мяо-у», и Чжао Чай запрыгнул на стол. На этот раз Дуань Тинсюань не остановил его. Вместо этого он «тупо» наблюдал, как кот выхватил у него две сушеные сладкие картофелины, — Ты вонючий кот, как ты посмел снова украсть мои вещи? Отдай обратно.
Су Нуан Нуан закатила глаза и подумала: «что за ребенок этот маленький маркиз, даже третий молодой мастер проигрывает вам в плане незрелости». И действительно, вскоре послышалось печальное «Мяо-у». Чжао Чай, праздновавший свою победу, жалобно мяукал, изо всех сил стараясь выплюнуть сушеный сладкий картофель. Пара горящих глаз уставилась на маленького маркиза, который был слишком занят тем, что хохотал до упаду. Чувствуя себя так, словно его честь как кота была уничтожена, Чжао Чай поспешил прочь, преследуемый издевательским смехом злого Дуань Тинсюаня.
Естественно, что сушеный сладкий картофель, предназначенный для семьи, был намного мягче, чем закуски, приготовленные специально для наследного принца. Снаружи ломтики были скорее хрустящими, а внутри — мягкими. Хрустящая консистенция и свежий вкус сладкого картофеля отличались от тех мягких и вялых сухофруктов, к которым они привыкли. Возможно, потому, что он был высушен на солнце, у него был нежный вкус, который маленький маркиз мог описать только как летний. Дуань Тинсюань съел пять кусков за один присест. Он уже потянулся за шестым, когда Су Нуан Нуан остановила его:
— Если вы съедите слишком много, у вас начнутся спазмы желудка. Кроме того, если вы продолжите есть таким образом, у нас ничего не останется до конца года.
— Но ведь ты можешь просто сделать больше? — Дуань Тинсюань нисколько не беспокоился. Его раздражающее отношение «сидеть и наслаждаться тяжелой работой других» [1], а также это выводящее из себя «не знать о реальном страдании» [2] беззаботное мировоззрение раздражали нервы Су Нуан Нуан. Однако она ничего не ответила, лишь бросила на маленького маркиза еще более зловещий взгляд. Наконец маленький маркиз отпустил свою хватку с закусок, которые он сжимал в когтях, бормоча:
— Как бы то ни было, если ты не хочешь, чтобы я ел, я не буду есть. Не то, чтобы я был жадным человеком…
Су Нуан Нуан весело фыркнула, насколько же толстой была кожа этого человека, а? Подумать только, что он мог сказать такую нелепую вещь с невозмутимым лицом, неужели его кожа была толще Тихого океана?
На следующий день, когда наследный принц попробовал особый сушеный сладкий картофель Су Нуан Нуан, он чуть не заплакал. Он уставился на Дуань Тинсюаня подозрительно блестящими глазами и, все еще двигая челюстями, сказал:
— Тинсюань, ах. Хотя я официально наследный принц, а ты мой подданный, но я все еще твой старший кузен по материнской линии, верно? Мы ближе, чем большинство кровных братьев…
— Ваше Высочество, пожалуйста, скажите, что вы хотите. Этот человек, которого вы считаете своим младшим братом, наверняка прислушается к вашим словам, — Дуань Тинсюань сочувственно посмотрел на наследного принца, а затем повернулся, чтобы свирепо посмотреть на Цзян Чанцзина и Цзян Чаннина, которые были заняты тем, что хрустели обычным сушеным сладким картофелем Су Нуан Нуан: слишком бесчувственно, ах. У вас уже есть все виды хороших блюд, но вам обязательно нужно прийти к наследному принцу, чтобы покрасоваться?
Сначала Его Высочество был очень доволен своими закусками, но теперь, когда он знает, что его порция отличается от других, он почувствовал себя обиженным до такой степени, что слезы чуть не полились у него из глаз. Этот парень был наследником целой страны. Даже если вы хотите запугать его, это было не так обидно.