Глава 108: Семена монстров (9)

Глава 108: Семена монстров (9)
Сону без промедления понёсся искать следующую цель. Вскоре они заметят потерю связи с охотником, доложившем о нарушителе, и защита станет плотнее. Юноше требовалось восполнить как можно больше внутренней энергии до того, как враги осознают всю серьёзность опасности.

В процессе поиска добычи в его поле зрения попали два молодых охотника. Они наблюдали за глубокой долиной, и Сону налетел на них одномоментно. Один успел отреагировать и даже взмахнул мечом в сторону постороннего, тем не менее внезапная атака разорвала его тело на части.

«Слабак. Ясно, почему их поставили парой».

Юноша повернулся ко второму охотнику, который лихорадочно пытался воспользоваться устройством связи. В следующую секунду Сону резко потянулся вперёд.

Взмах.

— Что?..

Охотник оторопело захлопал глазами. У него онемело запястье. Спустя миг спокойствие сменилось острой болью.

— А-а-а-а!

Сону подошёл к вопящему врагу, пока тот в страхе пятился назад, обхватывая отрубленное запястье целой рукой. Из него вспыхнула розоватая внутренняя энергия, после чего начался процесс образования новой кисти.

Сону в неверии уставился на происходящую перед ним сцену.

«Регенерация?»

Вероятно, способность регенерации работала только на обладателе, и всё же по-прежнему оставалась невероятной, куда более эффективной нежели стандартное исцеление. В отличии от исцеления, способного останавливать кровотечение, заживлять раны и приделывать отделённые части тела обратно, регенерация давала возможность воссоздавать повреждённый участок по примеру того, как отрастал хвост у ящерицы.

Таким умением Сону не обладал ни в этой, ни в прошлой жизнях.

— А-а-а!..

Охотник продолжал отступать спиной вперёд, пока не упал. В его глазах Сону видел абсолютный страх.

Противник пытался управиться с устройством связи одной рукой. Теперь очередной взмах меча Сону отсёк как вторую кисть вместе с прибором, так и уши с наушниками.

— А-а-а-а! Молю, пощади! Чего ты хочешь? Только скажи!..

Вопреки редкой способности, опыт и умения этого человека оставались мизерными. Сону невероятно повезло. Будь у охотника перед ним наивысший ранг, ситуация могла бы обернуться скверно. Зато конкретно этот, казалось, уже лишился воли сражаться, хотя факт её наличия не играл особой роли, ведь он в любом случае был чересчур некомпетентным для того, чтобы оказать достойное сопротивление.

Новой атакой Сону пронзил его в самое сердце. Внутренняя энергия заструилась по щупальцам. Поглотив способность, юноша замер на несколько глубоких вдохов для привыкания к новому ядру в своём теле. Затем он сделал порез на ладони мечом и мысленно представил процесс регенерации. Долгие кропотливые усилия всё-таки позволили ощутить и обратиться к нужной энергии. Порезанная ладонь восстановилась на глазах.

«Плюс одна топ способность в копилку».

Охотники с чрезвычайно развитой регенерацией не теряли сознания и не умирали от большинства ранений. Их вполне можно было назвать зомби. Со своей новой способностью Сону получал возможность убивать сильного врага, не опасаясь подставляться под несущественные повреждения, что на порядок повышало его боевые возможности. Пока что он ещё не привык к регенерации, однако это было лишь вопросом времени.

Сону с предвкушением возобновил охоту, уверенно двигаясь вперёд. Задействовав способность пожирания ещё трижды, он скопил в организме достаточно энергии, чтобы справиться с двумя-тремя охотниками, даже если те набросятся вместе.

Голос в голове побуждал задействовать пожирание снова и снова, и юноша двигался, словно им одержимый.

Охотники один за другим погибали от его руки. Защитить себя от разнообразного сочетания атак и внезапной способности пожирания не могли в том числе и существенно превосходившие юношу по силе.

Регенерация.

Усиление ловкости.

Усиление ног.

Усиление выносливости.

Усиление чувствительности.

Усиление зрения.

В большинстве своём способности относились к физическому усилению, но вместе с ними Сону собирал и более разнородные. С каждой поглощённой его жажда только росла.

Он устроил блестящую партизанскую войну, прецедентов которой попросту не существовало, и без передышек нападал из засад на охотников, рыскавших по горе в попытке его поймать.

Для юноши перестало существовать само понятие нерешительности. Он не испытывал ни крупицы вины за убийство других и пожирание их способностей. Они жестоко обращались с детьми. Под воздействием монстра они подвергли геноциду выживших жителей города.