Глава 123: Бремя жизни (2)

Сону, выйдя ненадолго из комнаты, вернулся с купленными для всех пальто.

— Боевая форма Центра может вызвать ненужную негативную реакцию, так что, пока мы в Кванмёне, всем лучше носить эту. И Сена.

— Да, Сону?

— Ты идёшь в здание администрации, наблюдай за состоянием Беатрис. Если что пойдёт не так — мы на связи.

— Поняла.

— Хён, Аран, Ёнчхоль. Соберите информацию по окрестностям барьера. А вы, Мини, Лекси и Кёуль — в центре города.

Группа синхронно отозвалась «есть», после чего Аран поднял руку.

— Братец, можно мне ненадолго выйти за барьер?

— Зачем?

— Просто состояние монстров странное. С тех пор, как я прошёл барьер, они словно приболели.

— А, извини, я не знал. Хорошо. Тогда Аран исследует местность на наличие аномалий.

Принцип работы барьера стал для всех настолько естественным, что они и не заметили, но он, по сути, отталкивал как монстров, так и злую энергию.

Глядя на него снаружи, монстры не видели и не чувствовали ничего, что находилось за ним. Затащить побеждённого или взятого под контроль монстра внутрь мог любой, тем не менее они, пересёкшие эту вуаль не по своей воле, инстинктивно пытались сбежать от излучаемой ею противоположной им энергии.

Если же держать их внутри насильно, барьер постепенно пожирал их силу.

Такова была ещё одна его особенность.

Сону, переодевшись в пальто, провернул дверную ручку VIP-номера.

— Я встречусь с мэром. Вернитесь к десяти. Здесь есть комендантский час.

Сону незамедлительно запросил встречу с мэром через Беатрис.

Нам Хэсон был ушлым и настороженным человеком. Понимая, что тот не захочет просто так принять пробуждённого снаружи, юноша закинул приманку.

«Я хочу продать телегу, битком набитую напитками из Смертельных Пчёл. Часть мы желаем безвозмездно подарить Совету».

Спустя немало времени ему всё-таки разрешили войти.

Несколькими моментами позже он увидел знакомое лицо в окружении двух стражей.

— Я Пэ Джинсон, заместитель главы городской администрации. Мы уже встречались.

— Рад снова видеть, — Сону пожал протянутую руку.

Пэ Джинсон, будучи опытным управленцем, по одной только перемене в телосложении подметил, что теперь перед ним пробуждённый.

А ещё убедился, что он и был настоящим убийцей человека из дикой местности в давнем деле, которое с тех пор лежало нерешённым.

— Ты меня одурачил.

— Не понимаю, о чём вы, — притворился несведущим Сону.

Пэ Джинсон оставил тему и взамен лишь пожал плечами.

Получилось занимательно, ведь теперь возможности для наказания не было. Молодой подозреваемый вернулся к ним охотником штаба Центра.

Несмотря на неспособность Сону серьёзно навредить Кванмёну, Пэ Джинсон всё равно не одобрял его присутствие. Для заместителя он казался дурным предзнаменованием.

— Я проведу.

Пустили Сону в кабинет мэра только после изъятия всего оружия, личных предметов и нескольких полноценных обысков.

Затем его глазам предстал гораздо более обширный и приятный офис по сравнению с тем, где жила Беатрис.

В нём повсюду располагались редкие до апокалипсиса предметы, расставленные аккуратно, словно для выставки.

Особенно шокировал элитный угловой диван, деревянный круглый стол, а на нём чайник с чайным сервизом.

Неужели в период кризиса человечества продолжало существовать настолько бесполезное и расточительное хобби, как чайная церемония?

Мысленно закатив глаза, Сону перевёл взгляд на толстого мужчину средних лет, что сидел прямо напротив. Наиболее ожиревшего и отвратительного человека среди всех, кого ему доводилось видеть.

Шёлковая одежда на мэре казалась странной, а толстую кожу укрывало масло. Притом, как ему казалось, настолько обильными слоями, что подпаленный у лица фитиль горел бы три дня.

Посмотрел Сону и на Нам Чанхвана, который, точно телохранитель, вальяжно сидел в кожаном кресле, закинув ногу на ногу.

Его отличительный признак, двухметровое копьё, сверкало во всём величии.

Прикинув уровень силы этого человека, Сону безоговорочно признал, что до него не дотягивает, но возможность своей победы над ним полностью не исключал.

«S-ранг, хотя ребята Свена лучше».

Даже между охотниками S-ранга существовала разница в силе.

Свена и Нам Чанхвана разделяла такая же пропасть, как пробуждённых первого и девятнадцатого уровней.

«Возможно, я могу победить».

Пусть без последнего прорыва, но Сону всё равно имел множество вариантов вести сражение.

Он считал, что шансы на победу оставались приличны против любого противника, разрыв в силе с которым не являлся подавляющим.