Глава 145: Очаг насилия (6)

— Почему я в Hongbang? В смысле? — вопрос показался Ван Чаоюню странным.

Он за всё время жизни в группировке никогда такой не слышал. Впрочем, человек напротив него развил мысль, как если бы она была чем-то естественным:

— Зачем ты остаёшься здесь, тогда как твоя личность не подходит Убийцам?

Мужчина на вопрос Сону не ответил. Пока Ван Чаоюнь молчал, тот, не сводя с него глаз, продолжил говорить:

— Я встречал много Убийц и нутром их чую.

«…»

— Думаю, сами они этого не признают, но глаза Убийц, их поведение, запах, манера речи и умственное состояние ещё как раскрывают их истинную личность.

Ван Чаоюнь слушал со странным выражением. Судя по виду, он будто не понимал, о чём говорит этот незнакомец.

— Неважно, встал человек на путь убийства изначально или его вынудили, он в любом случае запятнан. Запятнан, как только окунулся в этот мир убийств. Только ты вот таким не кажешься. Не похоже, что ты тут давно.

— Говоришь, как посторонний, — с сарказмом ответил Ван Чаоюнь на длительную тираду. — Мы никогда не называем семью Hongbang Убийцами, кто бы что ни говорил. Ты что, шпион? Кто тебя послал?

— Шпион? Даже смешно. Кому вообще понадобилось бы засылать шпиона в логово Убийц? С них нечего взять.

Дикая местность была, по сути, царством животных. И Hongbang в мире сильнейших образований, будь то город или сила других пробуждённых, являлась не более, чем мелким паразитом. Сама идея отправки ими шпиона в такую группировку смотрелась дико и бредово.

Ван Чаоюнь не видел, чем парировать резкий ответ Сону.

— Ты прав…

— Я вступил сюда недавно, вот и веду себя ещё, как человек из дикой местности. Просто ответь на вопрос. Чего ты остаёшься в Hongbang?

— Потому что оно того стоит. Я ничем не отличаюсь от других членов группировки, — по какой-то причине в его голосе слышалась насмешка над самим собой.

Постепенно подозрения Сону становились всё реальнее. Он спросил дальше:

— Зачем тогда спас выживших в гнезде Кромешного Ястреба?

— Потому что должен платить налог.

— За дурака меня принимаешь? В критической ситуации, когда не можешь гарантировать даже собственное выживание, нет большой разницы, если просто заберёшь тела. Но ты всё равно решил подставиться ради спасения других? Бред. Убийцы никого не спасают. И ты знаешь это лучше меня.

«…»

Замечания Сону били в самое яблочко, оставляя Ван Чаоюня сидеть в безмолвии. Как-никак, этот юноша был прав.

Сону озвучивал, казалось, контрольные вопросы:

— Ты ешь человечину?

Ответа не последовало, ввиду чего он задал следующий:

— Если нет, наслаждаешься ли убийствами?

И Ван Чаоюнь в очередной раз промолчал.

— Послушай, это место не для тебя, — подытожил Сону уверенным тоном, словно вынося вердикт.

Глаза мужчины пропитала тревога и настороженность.

— Не нужно так опасаться. Я просто спрашиваю из личного интереса.

— Так ты человек, кому интересны дела других…

— А вот это уже заблуждение, — оживлённо отозвался Сону и развязал свёрток, который ранее положил в стороне кротовой норы.

Раз Ван Чаоюнь отказывался говорить, юноша принял решение пока что дать ему поесть. Еда неизменно помогала снизить настороженность любого. Вот Сону и протянул собеседнику кусок сухого мяса монстра.

Что удивительно, тот отказываться не стал, и юноша кивнул на пищу со словами:

— Наедайся досыта. Это нежирное мясо молодого Кромешного Ястреба. На вкус, как курица.

— Спасибо.

Пара принялась жевать сухое мясо в тишине. Ван Чаоюнь уставился на него с подозрением. Его ведь просто засушили, а на вкус оно ощущалось на удивление солёным.

Пока пещеру наводняли одни только звуки чавканья, Сону нарушил молчание первым:

— Наверное, я не задержусь в Hongbang надолго. Я тут, чтобы найти человека.

— Человека… родственника?