Глава 194

Последние тридцать дней для «Челси» стали ускоренным этапом притирки. Моуриньо, к счастью, меньше всего волновался о техническом уровне команды: все‑таки это сборники, а если они не из сборной Китая, то обычно там всё в порядке.

Тактическая грамотность у взрослых профессионалов тоже на уровне — главное, чтобы они хотели играть и учиться, а мелкие нюансы исправятся сами. Единственное, что усложняет дело, — языковой барьер.

В коллективе, где собралась настоящая «интербригада» из разных стран, Моуриньо добивался постоянного общения. Никаких закрытых «кружков по интересам» из 3–5 игроков! Тренер считал, что для построения доверия все должны разговаривать друг с другом. Если помалкивать, никто не узнает, что у тебя на уме.

— Мне не нравится, когда в команде 11 разных сборных, но раз уж так получилось, надо упростить это до максимума. Я хочу, чтобы все привыкали к английской среде и говорили на английском, даже если плохо владеют языком. Никаких отдельных «французских уголков» или «уголков для темнокожих». Если я беседую один на один с Макелеле, то можем перейти на французский, но при всей команде — только английский. Если кто‑то ещё не может, пусть срочно подтягивает язык.

Пусть такой распорядок и выглядел слегка жёстким, однако это реально упростило взаимопонимание. Когда все стали говорить открыто, многое в командной химии пришло в норму.

Тренировочные планы, которые разработали Моуриньо, Фария и Брито, после небольших корректировок запустили в полную силу. От общей физической подготовки команда перешла к отработке тактических вариантов, включая внутренние двусторонние матчи, где шла настоящая бойня — никто не хотел проигрывать даже в простеньком спарринге.

Моуриньо требовал, чтобы каждый относился к тренировкам как к реальному матчу: всё должно быть по‑честному, без поблажек и скидок. Ему было важно увидеть каждого «в деле» и понять, кто действительно на что способен. Ведь в этом «сборище звёзд» каждый стремится наиграть себе место в основе, а слабину тут не прощают.

Таким образом в «Челси» постепенно разрасталось чувство «здоровой тревоги»: конкуренция была чудовищной, ведь никому не гарантировалось место в стартовом составе. Если чуть просел — тут же отправляйся на лавку. А кандидатов на замену хоть отбавляй: команда набита игроками сборных.

Звёздная спесь здесь не работала. Никто не признаёт в другом «короля», все — «птенцы самого неба».

К тому же Моуриньо действительно не церемонился ни с кем, ошибся — получай порцию недовольства, а при повторных недочётах можешь вылететь из основы. Даже «старые соратники» из «Порту» не имели преимущества. Если кто‑то напортачил, его сразу заменяли. Так в кратчайший срок он добился нужной дисциплины.

На тренировках Моуриньо царил безраздельно. Он отдавал команды, а игроки просто выполняли, без возражений. Даже Кеньон и Абрамович при появлении на базе не вмешивались и не пытались «давать советы» — «Особенный» жёстко оговорил, что только он руководит процессом.

Даже Кеньон — генеральный директор с опытом работы в «МЮ» — диву давался, насколько ловко Моуриньо сумел в один миг взять власть в руки. При Раньери в коллективе иногда возникали «пассивные бунты», а тут всё, как по часам. Кеньону оставалось только признать, что клуб сделал правильный выбор молодого (40-летнего) тренера, обладающего нужной харизмой.

Моуриньо это прекрасно понимал: каждый его шаг на виду. Но он не боялся критики и не давал повода атаковать себя. Всё шло по плану.

Абрамович после одной из тренировок произнёс: — Надеюсь, он сможет превратить все наши вложения в чемпионский титул.

Сам Моуриньо не любил давать обещания в лицо боссу. Ему проще показать результат. — Я не стану бравировать, что обязательно в первый же сезон возьму Премьер-лигу, — объяснял он. — В Англии хватает топ-команд с великолепными тренерами. Но одно могу сказать точно: если мне дадут время, я добуду для вас всё, что только возможно.

Что касается умения «дрессировать» звёзд, он даже на миг не сомневался в своих силах. Иначе не стоило ради этого приезжать в Англию.

Если б он искал покоя и благополучия, португальская «корона» и слава триумфатора ЛЧ были бы к его услугам. Там он, по сути, уже был «королём»: за два года — пять трофеев, почести и любовь толп болельщиков. Но Моуриньо любил вызовы и риск. Лежать на старых лаврах? Нет, спасибо.