Глава 232

Это был первый раз, когда Линь И сталкивался с таким непростым соперником на поле. Даже в матче против старого Роя Кина ему не приходилось так страдать. Приходилось признать — жесткий, агрессивный стиль Виейра создал ему множество проблем. На этот раз Линь И оказался по-настоящему в тупике.

Он никогда раньше не испытывал подобного. Даже когда только пришёл в «Бенфику» и Моуриньо на тренировках специально ставил против него двух игроков — такого дискомфорта не было.

Эти тридцать с лишним минут стали для Линя настоящим испытанием на выносливость. Виейра буквально приклеился к нему — стоило ему перешагнуть центр поля, как француз оказывался рядом.

Он стал его тенью — метался то слева, то справа, вечно рядом, вечно мешая.

Стоило Линю хоть на секунду потерять концентрацию — перед глазами сразу возникали эти самые длинные ноги. «Чёрт побери, он же не фотомодель, чтоб постоянно совать мне в лицо свои ноги!»

В перерыве, вернувшись в раздевалку гостей, Линь И молчал. Он просто сидел в углу, стараясь восстановить дыхание, будто отгородившись от окружающего шума.

Для него это было в новинку. Он впервые почувствовал, что футбол может быть таким изнуряющим. Полчаса борьбы с Виейра — и он вымотан до предела. Он постоянно двигался, бегал, искал возможность оторваться от назойливого преследования.

Но всё без толку. Несмотря на все усилия, отцепиться от Виейра не удавалось. И впервые за долгое время Линь почувствовал усталость в ногах уже к концу первого тайма.

Даже в самом начале своей карьеры он не уставал так сильно. Но этот матч оказался особенным.

Большой объём работы на поле резко снижал его эффективность. Да, Виейра тоже тратил силы, но его задача — перехваты, а Линь — созидание. И на это уходило куда больше энергии.

Физические данные француза были просто чудовищными. Эти ноги — неугасающее проклятие. Они мешали дриблингу, ставили ловушки, где их никто не ждал.

А ещё — скорость, подвижность, цепкость. Даже обманные движения, финты, которыми Линь обычно без проблем проходил соперников, против Виейра теряли остроту. Чтобы обыграть его, приходилось увеличивать амплитуду, играть шире, что нарушало привычный ритм.

Но сила Виейра была не только в теле — опыт, коварство, жесткость. Он не стеснялся применять нестандартные приёмы, особенно в районе центрального круга. Пока не было откровенной грубости, судья Болл не вмешивался. Всё ограничивалось устными предупреждениями, в лучшем случае — штрафным ударом.

Но какой толк в таких штрафных? Пятьдесят метров до ворот — даже с отличным навесом и сильным нападающим вроде Дрогба — почти никакой опасности.

За первый тайм Линь И несколько раз пытался прорваться, но Виейра всякий раз наглухо его блокировал. Да, мяч он не терял, но темп терялся, атака срывалась. А для «Челси», привыкшего к молниеносным контратакам, это был удар.

Без темпа — нет эффективности. Фланги — парализованы. Привычные передачи от Линя на рывок Роббену или Даффу просто исчезли. «Большой французский паук» — как будто создан именно для того, чтобы блокировать его игру.

Это, пожалуй, был самый разочаровывающий матч в профессиональной карьере Линя. Он чувствовал, как превосходство Виейра в физике превращается в удушающую ловушку. Всегда в нужное время, в нужном месте — тот оказывался рядом.

Он ломал игру. А Линь — искал способ сломать его. Пока безуспешно.

Последние двадцать минут тайма Линь И практически не доставлял угрозы у ворот «Арсенала». Настолько всё было перекрыто. Даже Лэмпарду приходилось отходить назад, чтобы взять на себя функции плеймейкера.

Но и у него не шло — Фламини мешал, прессинговал, отнимал время. В итоге — ни темпа, ни пробивной силы.

Лэмпард, по идее, должен был атаковать, а не собирать мяч в глубине. Но теперь, оттянувшись назад, он снял с «Арсенала» лишнюю нагрузку. Центрбэки чувствовали себя свободно — могли полностью сосредоточиться на Дрогба. И каждый раз, когда он получал мяч, его встречали двое.

Кэмпбелл и сам был титаном, а теперь у него в напарниках был ещё и Туре — на одного нападающего приходилось два защитника. Это сказывалось — даже могучему Дрогба было тяжело.

Он всё ещё мог бороться в воздухе, но под постоянным давлением и здесь терял преимущество.