Глава 1107. Появление на свет величайшего стихотворца!

Цяо Ин, оставаясь безразличным зрителем, улыбнулась, глядя на них со стороны.

— О? Это… эм… — похоже, сегодня Цзюню Мосе придётся снова прибегнуть к старому доброму плагиату.

— Сюэ Янь, а ты права! Я тогда начну, сочиню стихотворение, и подарю тебе, Сюэ Янь! — Цзюнь Мосе хорошенько прокашлялся, прочистив горло. Красавицы смотрели на него со взглядом, полным надежды, и, разумеется, не без злорадства.

Например, Мяо Сяо Мяо сейчас мысленно под столом каталась от смеха. «Ты… военный человек… и собираешься сочинить стихотворение? Максимум, что у тебя выйдет, это средний популярный общепонятный стих! Хм, я обязательно должна сегодня увидеть, как ты опозоришься! Это ты, мелюзга поганая, собираешься ещё состязаться с моим Цзюнь Е?»

— О! Есть! Грация и величественные манеры Сюэ Янь вдохновили меня! — Цзюнь Мосе сделал три шага, и щёлкнул пальцами: — Облака мечтают об одёже, цветы — о красивом рисунке, весенний ветерок смахнет от клетки лунный свет; если не свидимся у Яшмовой горы, судьба настигнет нас под луной!

Все были шокированы!

А Мяо Сяо Мяо была так потрясена, что язык проглотила!

«Неужто этот Цзюнь Мосе, действительно, нечисть какая?! Он, кажется, и раздумывал-то всего ничего по времени, сделал три шага, и вот, и стихотворение готово! Да ещё и такое многозначительное, очень подходящее статусу и характеру Мэй Сюэ Янь. Его талант к поэтическому творчеству едва ли хуже, чем у Мо Цзюнь Е… Нет, наверное, это просто случайность…точно, это всего лишь случайность…»

— Ладно, ладно, а сейчас очередь Гуан Куинхан, — Мэй Сюэ Янь, получив похвалу от своего любимого человека, а потом и стихотворение, прекрасное настолько, что достойно передаваться из уст в уста до скончания веков, была очень довольна, на лице её появилась счастливая улыбка и она поторопила Цзюня Мосе.

— Для Куинхан… для Куинхан… тоже есть! — Цзюнь Мосе сделал вид, что что-то серьёзно обдумывает, а потом щёлкнул пальцами вновь: — Есть красавица, на которую монарх смотрит всегда с улыбкой; милосердие и бесконечные сожаления, глаза, полные слёз!

Все выпучили глаза!

Кажется, у Цзюня Мосе, действительно, есть талант! Особенно эти слова «бесконечные сожаления» и «глаза, полные слёз» — всё это так подходит характеру Гуан Куинхан, её туманной печали…

Талант!

На глазах у красавиц появлялась восходящая звезда.

Дугу Сяо И была единственной среди всех, кому уже некогда довелось слушать стихи, написанные Цзюнем Мосе, ещё во время банкета Золотой осени. Однако, вспоминая те «стихи» Мосе, она не знала, куда ей деться от стыда: «Хочешь поговорить со мной о любви? Если не красавица, извини; зачем тебе быть со мной, ведь я такой плохой; не надо увлекаться братишкой, я лишь миф, не надо злить меня, иначе будешь задыхаться кровью…»

Это тоже называется стихами? Это же просто непристойная чушь!

Поэтому Дугу Сяо И не ожидала от Мосе ничего хорошего, даже популярных общепонятных стихов…

Сейчас же сказать, что она была в шоке, значит ничего не сказать…

Она даже потёрла руками глаза… «Это точно Цзюнь Мосе передо мной? Это не сон?»