Глава 23

Это было что-то сине-чёрное, частично ещё с мясом, частично уже только с костями. Судя по расположению и количеству костей, это была ладонь.

— Чья это рука? — спросил Ли Баньфэн.

— Моя, спокойно ответил мужчина.

Ли Баньфэн посмотрел на эту обглоданную почти наполовину ладонь, повернулся, взял две упаковки лапши быстрого приготовления и протянул их через щель. Это явно превзошло ожидания того мужчины — он не смел мечтать даже об одной упаковке, он действительно просил всего один кусочек еды.

— Не нужно столько, не нужно…

— Бери, — Ли Баньфэн протянул ладонь обратно мужчине, — найди больницу, возможно, её ещё можно пришить. Должны суметь пришить.

Ли Баньфэн запер дверь купе. Снаружи раздались непрерывные слова благодарности:

— Спасибо тебе, спасибо тебе, спасибо…

Голос звучал глухо, вежливо, но уже не так твёрдо. Голос незнакомца дрожал, словно тот вот-вот расплачется.

Когда голос удалился, Ли Баньфэн вернулся к спальному месту, открыл рюкзак и пересчитал оставшиеся запасы еды.

Три упаковки лапши быстрого приготовления, одна упаковка чипсов, полторы упаковки острых закусок. Этого хватит на два дня, если экономить — возможно, на три. А что будет через три дня?

На рассвете раздался гудок, разбудивший обессилевших пассажиров по всему поезду. Поезд тронулся.

Пшш-пшш~

Слушая ритмичное дыхание паровой машины, Ли Баньфэн подумал, что это самая прекрасная музыка на свете.

Грохот!

Поезд внезапно содрогнулся, сильная тряска заставила Ли Баньфэна скатиться с полки. Лапша, чипсы, острые закуски, рюкзак — всё упало на пол.

Бам! Бам!

Поезд продолжал трястись. Ли Баньфэн обхватил голову руками, свернулся калачиком в углу купе, изо всех сил защищая жизненно важные части тела. Он подумал, что поезд снова сходит с рельсов.

После недолгой тряски поезд постепенно выровнялся, и Ли Баньфэн услышал голос диктора:

— Неисправность поезда устранена, движение безопасно, участок пути неровный, пассажирам просьба не передвигаться по вагонам без необходимости.

Ли Баньфэн облегчённо выдохнул и поспешно собрал еду. Лапша, чипсы, острые закуски — всё в порядке.

Рюкзака не было!

Свёрток Хэ Цзяцина остался внутри! Ли Баньфэн вздрогнул и бросился искать.

В купе по-прежнему было темно, электроснабжение не восстановилось. Ли Баньфэн долго искал, и наконец нащупал рюкзак под спальным местом. Пространство под полкой было очень узким.

Он просунул руку, потянул изо всех сил — рюкзак вышел, но свёрток застрял под полкой. Приложив слишком много силы, Ли Баньфэн забыл, что молния на рюкзаке была расстёгнута.

Он снова протянул руку вниз, нащупал свёрток и обнаружил, что тот застрял очень крепко. Ли Баньфэн просунул всю руку под полку и дёрнул изо всех сил.

Трррах!

Свёрток вышел. Наружная картонная коробка порвалась. Пузырчатая плёнка внутри коробки тоже порвалась.

Внутри всё в порядке?

Ли Баньфэн с свёртком подошёл к окну. Надо посмотреть — всё равно уже порвалось, и если внутри что-то повреждено, надо хотя бы сообщить Цзяцину.

При мерцающем свете фонарей за занавеской Ли Баньфэн открыл свёрток. Вскрыл коробку, снял пузырчатую плёнку — внутри был ещё слой фольги. Снял фольгу — внутри была жёлтая бумага. Снял жёлтую бумагу — внутри была промасленная бумага. Снял промасленную бумагу — внутри был слой шёлка.

Когда он убрал шёлк, Ли Баньфэн наконец увидел истинный облик этой вещи.

Что это такое? В тусклом свете Ли Баньфэн не сразу смог разобрать.

Похоже на цветок. Похоже на медный цветок лотоса.

Перед ним лежал медный лотос. Лепестки служили основанием диаметром около десяти сантиметров, а бутон покоился прямо на них. Цветок не раскрылся, но между лепестками можно было нащупать щели.

Оказывается, это цельный кусок меди — неудивительно, что штука такая тяжёлая!

Хотя Ли Баньфэн не особо разбирался в антиквариате, даже он мог понять, что перед ним весьма изящное украшение. Но неужели этот предмет настолько важен? Зачем Хэ Цзяцину понадобилось, чтобы он отвёз его на родину? И капитан Сяо готов был убить его ради этой вещи? Какую тайну скрывает этот лотос?

В последние дни он выспался с лихвой, а делать всё равно было больше нечего, поэтому Ли Баньфэн всё время изучал медный лотос. С утра до двух часов дня он пытался открыть его, но медный лотос так и не поддался.

Скрежет~

Диктор объявил:

— Поезд прибывает на станцию Яованго. Пассажирам, выходящим на этой станции, просьба собрать свои вещи и приготовиться к выходу.

Приехали! Они прибыли в Яованго!

Ли Баньфэн поспешно схватил шёлк, жёлтую бумагу и прочие предметы, аккуратно завернул медный лотос, сунул его в рюкзак, запихнул туда же оставшиеся три пачки лапши быстрого приготовления, одну пачку чипсов, полторы упаковки острых снеков, открыл дверь и вышел из купе.

С момента посадки в поезд это был первый раз, когда Ли Баньфэн покинул своё купе, и первый раз, когда он увидел других пассажиров из того же вагона. Поначалу он немного нервничал, боясь наткнуться на трёхголовых существ или что-то подобное.

Возле двери вагона ожидало немало людей, но все они выглядели нормально — по крайней мере, на вид. Некоторым не следовало сходить на этой станции, но они были вынуждены выйти раньше, потому что просто умирали от голода.

Рядом с Ли Баньфэном встал мужчина в костюме, левая рука в кармане, правой он держал чемодан. Ли Баньфэн мельком глянул на него — рост не меньше метра девяноста, а вес явно не превышает пятидесяти килограммов.

С такой сухощавой фигурой его легко могло унести ветром.

За ним стояла женщина, полная противоположность мужчине: рост не дотягивал до метра сорока, а вес точно превышал семьдесят килограммов.

Поезд качнулся, и мужчина быстро поддержал женщину рядом с собой. Судя по расстоянию между ними и их движениям, они были супругами. Женщина держала на руках ребёнка лет двух — на кого он был похож, сразу и не скажешь.