Глава 759

Пощечина и ответная пощечина

Действительно, молодой господин Цзи не мог остановиться на полпути; ему оставалось лишь продолжать в том же духе. Само собой, он понимал, что Ван Тэн все подстроил. Его задача состояла в том, чтобы заставить молодого господина Цзи потерять самообладание, до последнего бороться за Пилюли Долголетия, заплатить в десять раз больше их стоимости и выставить себя всеобщим посмешищем. Однако у Цзи Саня не было другого выбора.

Он также понимал, что эти пилюли могут оказаться бесполезны для лорда клана. Но даже один шанс из миллиона вынуждал его пытаться. Он не хотел терять надежду. В конце концов, лорд Клана Извивающегося Дракона испробовал бесчисленное количество методов за эти годы, но единственное, что он получил за свои усилия — это разочарование, еще большее разочарование и бесконечное, безграничное разочарование. А его клан, некогда бесспорно признававшийся кланом номер один, был теперь в опасности.

Клан постепенно погружался во внутреннюю борьбу за власть. А благородные дома под началом клана чувствовали неуверенность в завтрашнем дне. Пусть пока клан и не погрузился в хаос, он был недалек от этого. После того, как культивирование лорда клана начнет рассеиваться, в клане неизбежно начнется смута.

Пусть молодой господин Цзи был первым среди младшего поколения клана, все же он был юн, ему не хватало опыта. Он не мог рассчитывать на место лорда клана. Так что его судьба тоже была в опасности. Сей отпрыск могущественного клана вполне мог стать пешкой, принесенной в жертву ради власти над кланом.

Этого Цзи Саню хотелось меньше всего. С точки зрения общего блага, он не хотел, чтобы Клан Извивающегося Дракона погрузился в хаос и погряз во фракционной борьбе. С точки зрения личного благополучия, он не хотел стать козлом отпущения в ходьбе клановых междоусобиц. Поэтому он был готов заплатить любую цену за Пилюли Долголетия.

Цзи Сань уже был морально готов к тому, чтобы прослыть каким-то мотом, его даже не смущало злорадство противника. Он стиснул зубы и выдавил:

— Восемьдесят миллионов!

Сыкоу Нань со смехом ответил:

— Хе-хе, девяносто миллионов!

Сыкоу Нань продолжал поднимать цену, играя на чувствах противника, окружающие восхищенно вздохнули, а молодой господин Павильона был вне себя от радости: такие ставки сулили аукционному дому славную долю от продажи!

Ван Тэн вдруг улыбнулся:

— Старина, мы же все знаем, что ты богат. Как насчет ста миллионов, дерзнешь?

Цзи Сань лишь преисполнился упорством в ответ на насмешку:

— Сто миллионов.

Сыкоу Нань хихикнул: