Грабёж средь ночной смены 2

«Никогда не считай, что понибудь мёртв, не увидев тела. Но и тогда ты можешь ошибиться», — пронеслось в голове Лиры древнее изречение, когда она взглянула на труп.

Ком подступил к горлу единорожки, но она всё-таки сдержалась.

«Что-то мне подсказывает, что я ещё свижусь с ним в кошмарах».

Кристалл был коричневато-красным, и в нем едва можно было рассмотреть черты несчастного, угодившего в смертельные кристаллические объятия. Вторую жертву и вовсе нельзя было различить — труп бедняги полностью скрывала коричнево-красная толща.

Лира вздрогнула. «Удушение в кристалле» заняло почётное место в её списке крайне нежелательных способов умереть.

— Эй, маг! — крикнула стоявшая неподалёку Бон Бон.

Один из единорогов, работавших с кристаллом, поднял голову.

— Я? — переспросил жеребец.

— Да, вы. Расскажите нам про… это, — сказала кобылка, махнув копытом в сторону кристалла.

— А, это… — на лице единорога расцвела упоенная улыбка. — Это магоконструкт третьего уровня, если не выше. Совершеннейший из всех, мною виденных — а повидал я немало. Он просто идеален! И это особенно удивительно с учётом того, что методика его создания устарела уже лет на восемьсот…

— Ясно-понятно, а что насчёт пони внутри? — спросила Лира, явно не разделявшая радостного настроя собеседника.

— А… Ну, это Сирчлайт, — слегка увядшим голосом сказал единорог, кивком указывая на кристалл, в котором проглядывала голова пони.

— А это — Рэббитфут, — кивнув на другой кристалл, продолжил жеребец. — Первоначально эти двое были сокрыты иллюзией. Нашли-то их только тогда, когда один из работников музея налетел на кристалл мордой. И вы даже представить себе не можете, как тяжело было развеять эти чары.

— Понятно, но как вы определили этого? — спросила Бон Бон, ткнув ногой в кристалл, в котором был виден лишь смутный силуэт пони.

— Смотрите, — сказал жеребец, указав копытом на нижнюю грань кристальной тюрьмы.

Лира присмотрелась и различила белый прямоугольник с какими-то надписями.

— В кристалле мы обнаружили его бейджик. Да и кто ещё там может быть? Всех, кто был той ночью в музее, уже нашли. Ну, всех, кроме уборщика. По крайней мере, так говорят следователи.

— Точно, уборщик, — сказала Лира. — Чуть про него не забыла. Он тоже пропал, да?

— Ага. Когда мы извлечём тела из кристаллов, то сможем доказать, что убийцей был уборщик. Но это случится ещё не скоро. Я уже говорил, что это один из сложнейших магоконструктов, но занятнее всего то, что большинство элементов заклинания относятся ещё к достарсвирловой эпохе! Думаете, это упрощает дело? Ага, как же! Никто таким не пользуется уже несколько веков. Мы даже не знаем, с какого конца заходить!..

— Ясно… — прервала разгорячившегося единорога Лира. — Спасибо за помощь.

Кобылки развернулись и пошли дальше, единорог ещё пару секунд глядел им вслед, затем вернулся к кристаллу.

Зал был высоким и длинным, но притом довольно узким. Вдоль стен и по его центру в три ряда тянулись стеклянные витрины с самым разнообразным содержимым. В них были указатели, картины, целые страницы текста, описывающие историю разных экспонатов музея и конечно же, сами артефакты. Чаще всего артефактами были какие-нибудь украшения или посуда, но среди них встречались и более странные предметы, например, садовые ножницы, или пара семигранных костей.

— Бонни, скажи мне, что ты видишь? — спросила Лира, повернувшись к Бон Бон.

— Ничего особенного, — ответила земнопони. — Витрины, экспонаты, указатели. А что у тебя?

— Тоже ничего интересного, — ответила единорожка. — Кроме вот этого.

Она указала копытом на витрину, в стекле которой красовалась большая круглая дыра. Дыра не была вырезана или проплавлена, нет, казалось, само стекло изогнулось невероятным образом и разошлось в стороны. Шагнув вперёд, единорожка просунула копыто в отверстие. Глаза Бон Бон стали похожи на пару блюдец.

— Выглядит так, будто твоё копыто прошло сквозь стекло, — пробормотала земнопони. — Дай угадаю, иллюзия?

— Кажется, да, — сказала Лира. — Здесь дыра.

— Безразмерный кошель Пурса Снэтчера, — прочитала на табличке единорожка.

— Ну что ж, теперь мы хотя бы знаем, что было украдено, — сказала Бон Бон.

— Ага. Вот только что-то мне подсказывает, что на этом наш вор не остановился. Пошли, посмотрим, не пропало ли ещё чего.

И действительно, оказалось, что было украдено ещё несколько артефактов: Фляга Песней Барда Багателя, Смарагд Поничар Мэдж Мидоубрук, и…

— Последний сохранившийся дневник Клевер Премудрой, — зачитала табличку Бон Бон. — Написан известной волшебницей и верной ученицей Старсвирла Бородатого, жившей во времена объединения. Последние главы дневника зашифрованы и несмотря на многочисленные попытки, никто так и не смог их расшифровать. Содержимое этих глав является одной из величайших тайн магии во всей истории.

— О, Бонни, гляди! — воскликнула Лира.

Её рог загорелся, и она вытащила из витрины красноватый листок.

— Кроволист, — пробормотала Бон Бон, глядя на пожухлый алый лист. — Откуда?

— Лежал здесь, за стеклом, — ответила единорожка.

— Так… вот теперь мы точно знаем, что вором была Холлиф.

— Ну, это давно секрет Понишинеля, но зачем ей фляга, драгоценный камень, кошелёк и зашифрованный дневник?

— Без понятия. Но что бы она не задумала, ничего хорошего это не сулит.

———————————