Глава 69

A/N: В этой части Изуку как будто попал в Сумеречную Зону.

-x-X-x-

— Замечательно!

Подождите, что? Изуку немного опешил, когда улыбка Старателя не исчезла, а выросла. Конечно, если Изуку в замешательстве, то Шоуко просто потрясена.

— П-Простите меня?!

В данный момент Про-герой номер два не может похвастаться такой же широкой ухмылкой, как у Всемогущего, но она определенно гораздо более зубастая, чем нужно, когда он протягивает руку и кладет ее на плечо своей дочери. Затем он одобрительно кивает Изуку.

— Приятно видеть, что ты идешь по моим стопам, Шоуко. Когда-нибудь ты превзойдешь меня, но это не повод не смотреть в будущее. Ведь путь к вершине для нашей семьи не должен заканчиваться на тебе… не тогда, когда потенциально из чресл этого юноши может родиться еще более великий герой.

Вот это да. Старатель дошел до этого. Мерзко. И еще… очень хреново. Изуку знал, что за человек этот Профессиональный Герой Номер Два. Он знал, что Старатель был слишком жесток со всеми своими детьми, а не только с Шоуко. И он знал, что этот человек практически свел с ума свою жену. А теперь Старатель стал гордым родителем… но, очевидно, слишком поздно и слишком мало.

Наконец-то поняв все как следует, Шоуко убирает руку отца со своего плеча. На мгновение она содрогается от отвращения и омерзения. Затем она гневно зарычала, сжав руки в кулаки.

— У меня никогда и ни от кого не будет ребенка. Меня стерилизуют, прежде чем я продолжу твои больные традиции!

Улыбка Старателя окончательно исчезает, и он нахмуривает брови, в то время как Про Герой начинает качать головой.

— Дочь, ты…!

Но Шоуко разворачивается на пятках и мчится прочь, убегая от противостояния так быстро, как только может. Изуку остался стоять там со Старателем, отцом девушки, которую он в тот день выкрасил в белый цвет своей спермой. Долгое время Про-Герой смотрит вслед убегающей Шоуко. Затем он поворачивается к Изуку, и атмосфера меняется, если не сказать больше.

— Изуку Мидория.

Изуку немного напрягается, его глаза сужаются. На секунду он задумался, не сделал ли тот все это, чтобы оттолкнуть Шоуко как можно дальше от себя. Что, если все это было уловкой, призванной заставить его дочь бежать в горы? В этом был бы определенный смысл, учитывая склонность Шоуко делать все, чего не хотел ее отец, и отказываться делать то, чего он хотел.

— Упорство.

Изуку приготовился к тому, что вот-вот упадет другой ботинок. Теперь, когда Шоуко ушла, Старатель мог напустить на себя маску и сказать Изуку, чтобы тот держался подальше от его дочери, и никто ничего не узнает. Он мог даже пригрозить ему. Изуку, конечно, не испугается. Каким бы сильным ни был Старатель, достаточно одного прикосновения, чтобы лишить его причуды.

И все же, что ему делать, если Старатель скажет ему держаться подальше от Шоуко? Как он должен…

Мужчина вдруг положил руку ему на плечо, выглядя на удивление торжественно.

— Я не был лучшим мужем для своей жены. И не самым лучшим отцом для своих детей. Несмотря на то, что люди могут считать, я не полностью игнорирую свои недостатки. Позволь дать тебе совет… не забывай о главном. Пожалуйста, относись хорошо к моей дочери.

Серьезно? Даже сейчас, даже торжественный и напряженный, Старатель все еще был на этом? Он утверждал, что знает о своих недостатках, но…

— Ты ведь понимаешь, что своей поддержкой, скорее всего, оттолкнул ее от меня?

Старатель не удивился этому, а лишь фыркнул и покачал головой.

— Сердце хочет того, чего хочет сердце, Мидория. Заметь, она просто сказала, что никогда не родит ребенка… а не то, что откажется от секса и будет соблюдать безбрачие. Большую часть своей жизни Шоуко была в изоляции, как из-за моих действий, так и из-за ее собственных сил. Теперь, когда она в UA… она наконец-то встретила свою пару в тебе. Мое одобрение не оттолкнет ее так сильно, как ты думаешь. Нет, женщины более странные. Мне ли не знать.

Это было слишком. Что это за перемена в личности Старателя? Он был самозванцем? Он был одержим или что-то в этом роде? Должно быть, полное недоумение Изуку просочилось сквозь его обычный покер-фейс, потому что Про-Герой номер два вдруг захихикал, отступая назад.