Глава 1491

Ин Ву Се, Хэй Лу Лань, Белый Кролик и Фея Мяо Инь вышли из суверенной бессмертной апертуры Фан Юаня.

— Далее я лично исследую царство грез. — Фан Юань повернулся и обратился к Тан Фан Мину.

Сердце Тан Фан Мина дрогнуло, но вскоре он понял слова Фан Юаня и горько улыбнулся:

— Феи, пожалуйста, идемте со мной.

Бессмертная формация Гу, которая скрывала царство грез Воровского Неба, была под контролем Тан Фан Мина. Но теперь Тан Фан Мин передавал часть контроля бессмертным Секты Теней, чтобы они могли управлять ею вместе с ним.

Это было частью содержания союзного соглашения Фан Юаня и клана Тан.

Когда Фан Юань будет исследовать царство грез, его душа покинет тело и войдет в царство грез, а тело останется без охраны.

Это была довольно опасная ситуация.

Поэтому Фан Юань привел Гу Бессмертных Секты Теней, они должны были защищать его.

Эта бессмертная формация Гу не могла оставаться под контролем посторонних, поэтому Гу Бессмертные Секты Теней должны были взять на себя часть контроля над этой формацией.

Таким образом, будь то Секта Теней или клан Тан, они могли ограничивать друг друга, и ни один из них не мог нанести вред телу Фан Юаня.

Фан Юань всегда делал все с предельной осторожностью.

После того, как формация была наполовину под контролем Секты Теней, он вышел из своего тела и вошел в царство грез Воровского Неба.

Тан Фан Мин не моргал, он сосредоточенно наблюдал за происходящим.

«Это действительно важный метод!» — Его дыхание стало неровным, а в голове роились мысли об обучении.

Но какую важную технику он мог узнать, просто наблюдая за Фан Юанем?

…

«Где… я?» — Фан Юань вошел в грезы, когда его зрение изменилось.

Он оказался в теле молодого мужчины, который находился внутри потрепанной палатки.

Палатка была очень простой, это был обычный рваный брезент.

Дул ветер, палатка тряслась, чувствовался холод, когда зрение Фан Юаня переместилось на дыру в палатке.

Палатка была разорвана.

«Черт бы побрал этого парня, он не только избил меня, но даже порвал мою палатку!» Молодой человек, в роли которого выступал Фан Юань, стиснул зубы, бормоча про себя.

Затем молодой человек опустил голову, осматривая свои раны.

Фан Юань снова перевел взгляд на его грязную и рваную одежду, он был действительно жалок и беден, его грудь была покрыта иссиня-черными ранами.

Молодой человек коснулся ран на своем теле, и Фан Юань почувствовал волны боли.

— Подумать только, что я, великий Бэнь Цзе Сунь, окажусь в этом нелепом мире, снова стану ребенком и буду подвергаться издевательствам со стороны кучки юнцов. Это уже слишком!