Глава 975. Превращение
Увидев потрясённое выражение лица Ли Хована, Гао Чжицзянь тоже забеспокоился. Цзо Цююн был их союзником в этой схватке. Теперь же этот Телесный Судья, столь могущественный соратник, внезапно погиб без всяких предупреждений, что лишь усугубило и без того тяжёлое положение.
— Старший брат Ли, немедленно верни меня обратно!
— Подожди минутку! Я знаю, кого спросить! Я смогу найти ответ! — Ли Хован скрестил ноги, схватился за голову и изо всех сил сжал её, словно пытаясь раздавить. Внутри себя он непрерывно твердил:
— Я на седьмом круге. Сейчас я на седьмом круге. Я точно на седьмом круге!
По сравнению с прошлым разом, теперь это давалось с невероятным трудом, ощущалось неестественно.
Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Ли Хован резко открыл глаза и увидел Цин Ванлая, который, скрестив руки, разглядывал его вместе с остальными. Наконец-то он вернулся.
— Три Чистоты! Ты хранишь тайны! Скажи мне! Как именно погиб Цзо Цююн? Куда исчез его Путь Роста?
В ответ на нетерпеливый вопрос Ли Хована Цин Ванлай промолчал. Он отвернулся и начал тихо обсуждать что-то с Чжао Шуандянь.
Наблюдая за действиями Цин Ванлая, а затем за выражением лиц остальных, Ли Хован наконец заметил нечто неладное. Опустив взгляд на своё тело, он ощутил удар, словно гром среди ясного неба.
— Зачем вы меня связали? Отпустите! Что вы делаете?! — Он был скован так же крепко, как когда-то в психиатрической больнице, не в силах пошевелить и пальцем.
В таком положении ему пришлось отложить вопрос о смерти Цзо Цююна.
— Успокойся! — Ба Наньсюй шлёпнула Ли Хована по затылку, — несешь бред, шатаешься по улицам, роешься в школьных тетрадях чужих детей — как тебя не связать? С таким трудом тебя вытащили, а ты снова хочешь угодить обратно?
— Что?! — Ли Хован не мог поверить. Страшная догадка мелькнула у него в голове, — я снова скатился назад? Снова не различаю реальности?
Крепко связанный Ли Хован долго лежал на кровати, размышляя, но вынужден был принять реальность. Всё вернулось к прежнему состоянию: его действия в том мире повторялись в этом, и всё из-за той пуговицы.
— Неужели сейчас я слишком чётко различаю границы? — с недоверием подумал он вслух.