82. Рания (3)

82

Это случилось совершенно неожиданно, когда Рудвилю исполнилось пять лет.

Не ищи меня. Мне жаль.

Она исчезла, оставив эту короткую записку.

Герцог Сорфель посмотрел на Рудвиля. Глянув на своего сына, который всё ещё равнодушно смотрел на него, он снова вздохнул.

— Я искал её очень долго.

Но нигде не было обнаружено никаких её следов.

Она исчезла, как настоящий дым, как будто её не было в мире с самого начала.

— Это был неизбежный выбор.

В конце концов, она была объявлена мёртвой. Потому что он не мог сообщить, что Герцогиня сбежала.

Он посчитал, что это могло слишком сильно навредить Рудвилю.

Герцогиня, которая покинула своего сына. Он не мог позволить, чтобы на Рудвиле висел такой ярлык.

После этого он старался тайно искать её, но всё безрезультатно.

Через некоторое время он снова женился на матери Камиллы, с которой познакомился случайно. И поэтому стёр все воспоминания об Анне.

— Однако…

Ни с того ни с сего у него появилась дочь.

Самым растерянным человеком здесь сегодня был Герцог Сорфель.

Рания, а что, если она действительно его дочь? Разве Анна не бросила его и их ребёнка?

«Невозможно!»

Герцог Сорфель почувствовал гнев, которого не испытывал даже тогда, когда она уходила.

Он как-то старался смириться с этим, но теперь ему больше было трудно понять её.

— Сначала вам следует поговорить с Ранией.

— …Я должен.

Камилла на мгновение взглянула на Герцога Сорфель, который тяжело вздыхал, и перевела взгляд на Рудвиля.

Должно быть, он единственный, кто потрясён не меньше Герцога Сорфель. Разве не он был тем, кто всю свою жизнь думал, что его мать мертва?

— …

Но Рудвиль по-прежнему почти не реагировал. Мгновение молча глядя на отца, он просто снова поднял свою чашку и отпил чаю.

Затем она встретилась с ним взглядом.

— Ах.

Некоторое время он разглядывал её и вдруг начал искать что-то руками, как будто ему что-то пришло в голову. Затем он что-то достал и протянул ей.

Это было ожерелье. Оно было инкрустировано драгоценностями под цвет её волос, как будто было специально заказано для неё.

— С днём рождения тебя.

Какое-то мгновение Камилла не могла ничего сказать.

— …Спасибо тебе, старший брат.

Что за подарок и столь спокойное поздравление в такой ситуации?

«О чём ты думаешь…»

Камилла сдержала вздох, который вот-вот должен был вырваться наружу, и неловко улыбнулась.

* * *

— Моя мать… мертва.

Матери Рании больше не было в этом мире. Она умерла два года назад после перенесённой тяжёлой лихорадки.

— Моя мать ни разу не рассказывала мне о моём отце.

Затем она наткнулась на письмо, которое её мать оставила некоторое время назад. Это было письмо Герцогу Сорфель.

— Вот.

Глаза Герцога Сорфель постоянно дрожали, когда он взял письмо от Рании.

Мне жаль.

Первым словом в письме было извинение. Было написано, что были неизбежные обстоятельства, и что, если ребёнок появится один, она совершила ошибку, поэтому, просила позаботиться о ней.

Это определённо был её почерк. Прошло много времени, но как он мог не узнать её неповторимый и элегантный почерк?

— Сначала я тоже в это не поверила. Тот факт, что у меня есть отец… Я просто думал, что он умер, когда был молодым.