117. Предвиденье.

  Эмброуз просто уставился на Кейдена. Момент растянулся, но Кейден не отступил — он просто терпеливо ждал с выражением решимости на лице. В глубине души он был немного удивлен самим собой за столь смелое заявление, но он пришел к пониманию того, что ему давно было пора начать использовать ситуацию, в которой он находился. Все еще был ужасный страх перед тем, как все может пойти совсем не так, когда он больше знал о масштабах Пророчества, но становилось все более очевидным, что его бездействие также не уменьшит этих масштабов. Согласно Пророчеству, его семья и друзья будут удовлетворять потребности Судьбы независимо от того, отвечает это их интересам или нет. Предположительно, это работало на благо Империи, но непоколебимое пренебрежение, которое оно проявляло к целостному благополучию отдельных людей, даже тех, кто участвовал в его осуществлении, таких как Якоря и Избранный, было слишком… бесчеловечным.

  Наконец Эмброуз обрел дар речи.

— Забудь это, — пробормотал он, слегка покачав головой. — Я помнню, что ты хочешь заключить какой-то мир с Авгерами и освободить их всех, но мне действительно только что пришло в голову, что это равносильно разрушению всей структуры, созданной Ткачами Судьбы. Я больше не буду Избранным. Все пророчества будут уничтожены без Авгер.

  Кейден кивнул.

— Сначала я думал, что все, что мне нужно было сделать, это внести достаточно нестабильности в Пророчество, чтобы у тебя была возможность сделать это. Но теперь я думаю, что все это время Авгеры хотели, чтобы я был тем, кто сделает это, потому что они не рассчитывали на то, что ты способен стать Избранным. Что ж, я устал от того, что и Ткачи Судьбы, и Авгеры пытаются натравить людей друг на друга. Насколько я понимаю, любой из нас в конечном итоге разрушит все это дело. Мы могли бы также работать вместе.

— Пророчество говорит, что я должен поддерживать правление Ткачей Судьбы и стать одним из них, — сказал Эмброуз, слегка улыбнувшись. — У меня есть доля в том, что мы планируем разрушить.

— Ты заинтересован в том, чтобы сделать свой собственный выбор, — парировал Кейден. — Ты только что сказал, что не хочешь, чтобы мы оказались по разные стороны баррикад. Вот оно, Эмброуз. Это и есть выбор. Я не отступлю. Ты знаешь, почему я не могу оставить все как есть — моя семья замешана в этом!

— Значит, я должен следовать за тобой, потому что ты не можешь бросить свою семью? — беспомощно спросил Эмброуз. — Я имею в виду, если мы сделаем шаг назад и просто… просто объективно все взвесим… ты просишь меня разрушить Империю и отказаться от своего будущего. Почему? Для твоей семьи?

  Кейден поднялся на ноги, резко вдохнул и чуть не выплюнул горькую реплику о том, что он не мог ожидать, что Эмброуз поймет его, так как он был сиротой, но он немедленно прикусил язык. Он медленно выдохнул через нос и заставил себя успокоиться.

  Через мгновение он снова сел, лицом к Эмброузу.

— Если это все, что нам нужно учитывать, то почему тебя волнует, окажемся мы по разные стороны баррикад или нет? — просто спросил он. — Ты должен просто следовать Пророчеству до конца. Почему ты вообще предложил мне помощь, когда я рассказал тебе о своей сестре и о том, с какой целью я пришел в Академию… чтобы научиться отменять пророчества?

  Теперь Эмброуз поднялся на ноги, и начал в волнении ходить взад и вперед по трейлеру.

— Я… Я думаю, что это была твоя вина. Это было вскоре после нашей первой встречи, и я думаю, что твоя близость ко мне, как свободного-зрячего-{~?~} ослабила власть Пророчества надо мной. В первый раз появились пустые моменты, когда я не знал, что делать. И этот разговор был одним из них. Так что я… Я прислушался к своей интуиции.

— Моя вина? — начал Кейден, но затем решил отказаться от этой линии диалога. — Так это значит, что ты думал сам за себя, без нависшего над тобой Пророчества. И в тот момент ты подумал, что помочь мне — это правильно.

— Да.

— Разве ты не понимаешь? — спросил Кейден так мягко, как только мог, хотя его сердце колотилось от смеси ярости и страха. Он чувствовал, что это был поворотный момент. — Ты не веришь, что то, что сделали Ткачи Судьбы, правильно. Зачем тебе заставлять себя присоединиться к ним теперь, когда у тебя действительно есть выбор?

  Эмброуз тяжело опустился на стул.

— Но… тебя это не пугает? Мысль о том, чтобы все это уничтожить. Что, если лучше оставить все как есть? Я имею в виду, кто мы такие, чтобы принимать такое решение?

  Кейден посмотрел на Эмброуза.

— Мы люди. Так же, как и Ткачи Судьбы. У них не больше прав, чем у нас, играть с жизнями и умами людей.

— Они обеспечили Империи тысячелетнюю безопасность, а мы собираемся все это разрушить.

— Нет, — ответил Кейден, качая головой. — Мы собираемся освободить сердца и умы людей и распространить ту же свободу на Авгер, а затем мы найдем лучший способ жизни для всех. Способ, который окажется правильным.

— Ты действительно веришь, что сможешь все это сделать? — спросил Эмброуз, неопределенно жестикулируя, чтобы указать на чудовищность предложения.

— Не я один. Вот почему я бы предпочел, чтобы мы все работали вместе, так что, если все это взорвется у нас на глазах, по крайней мере, я смогу разделить вину, — сказал Кейден, улыбнувшись.