Том 1 Глава 1764

«Тебе повезло…» внезапно сказал Леонель, когда Симеон сделал последние несколько вдохов. «… Если бы не твоя собственная глупость, я бы заставил тебя страдать от гораздо худшей участи, чем эта…»

Среди своего кудахтанья и бреда Симеону едва удалось понять слова Леонеля, и они оставили его одновременно ошеломленным и разъяренным. Пытался ли Леонель сказать, что проявил милосердие? Это было самое смешное, что он когда-либо слышал за свою короткую жизнь.

Однако прежде чем Симеон мог думать дальше,рука конструкции панды Леонеля сжалась, разбив на куски то, что осталось от Симеона. От начала до конца Симеону ни разу не удалось угрожать Леонелю.

«Рост.» скомандовал Леонелю.

Душа Симеона была схвачена в попытке рассеяться, снова превратив его тело в единое целое, когда его восемь линз вошли в его иллюзорные руки.

Симеон поймал их и встал на колени, наклонив голову так далеко, что его лоб почти доставал до колен.

Леонель даже не посмотрел на Симеона. Поднял голову, чтобы посмотреть вниз. Он стоял в небесах, вокруг бойня и кровь, текущая реками позади него. Он был не единственным в небе. Его двоюродный брат Ной подошел и не уходил с самого начала, и все-таки чувствовалось, что дело обстоит именно так.

Леонель был одновременно близок и в то же время так далек, такой близкий и в то же время такой непостижимо трансцендентный. Тяжело было смотреть на него как на героя, но и не сделать этого было почти невозможно. Несмотря на это по его поведению можно было сказать, что он просто ни черта больше не делал.

Стать королем? Император? Свет для масс, герой для многих? Ему было наплевать на заботу.

Душевная конструкция Симеона поднялась на ноги и быстро помогла Раджу и Дрейку подняться на ноги. положить их на платформу, прежде чем положить себе на спину и почтительно дождаться Леонеля.