Глава 29
Мэй стояла под старой вишней высоко над шумной столицей. Она обвела взглядом величественную панораму и ее глаза задержались на Королевском дворце. Подумать только, она была так счастлива, собиралась выйти замуж за человека, которого любила! Ее будущее казалось таким светлым, наполненное друзьями, любовью и семьей.
Она бережно погладила себя по животу. Пройдет какое-то время, прежде чем ее беременность проявится. То светлое будущее теперь было лишь воспоминанием. Ее уничтожили, а вместе с ней и будущее ее ребенка.
— Мне так жаль, — мягко сказала Мэй своему еще не родившемуся ребенку.
— Я верила, что мы могли бы быть любящей семьей, но твой… — голос Мэй стал хриплым от эмоций, когда она вспомнила Зуко, объявляющего, что помолвка отменяется.
— Зуко, похоже, этого не хочет, — продолжила она и удрученно вздохнула.
У нее не было будущего, поскольку семья выгнала ее, а Зуко отверг. И раньше бывали случаи, когда молодые женщины попадали в подобную ситуацию. Их истории всегда плохо заканчивались. Девушек все избегали и смотрели на них свысока. Некоторые даже покончили с собой. И ни одна из них не была отвергнутой женщиной принца и причиной падения собственной семьи.
— Пожалуйста, отойди от карниза, Мэй, — прервал ее мрачные мысли кто-то.
Мэй обернулась и увидела очень взволнованную Тай Ли, стоявшую чуть поодаль с протянутой ей рукой.
Мэй пришло в голову, что это место было очень популярно как среди влюбленных, так и среди самоубийц, что, если подумать, было весьма иронично.
— Тут должна быть табличка с надписью: «По указу Хозяина Огня все самоубийства строго запрещены. Если вы все еще хотите покончить с собой, вам стоит поехать на пляж Залива Акул». Это было бы уместно, не находишь? — через какое-то время спросила Мэй Тай Ли.
— Это была… ужасная шутка! — потрясенно воскликнула ее подруга.
— Пожалуйста, не делай ничего опрометчивого, — умоляла Тай Ли и ее большие карие глаза были полны слез и отчаяния
Тай Ли была одним из ее лучших друзей, но она никогда не понимала чувство юмора Мэй. Ну, Мэй могла признать, что сегодня оно было куда мрачнее обычного, но учитывая ее ситуацию в этом не было ничего странно. Сокка бы оценил шутку, у него было такое же чувство юмора, как и у нее.
— Успокойся, Тай Ли, я не собираюсь прыгать навстречу смерти, — вздохнула Мэй и отошла от карниза.
Тай ли бросилась к ней и, рыдая, крепко обняла.
— Мне так жаль, Мэй, — всхлипнула она, прижимаясь к подруге.
— Мы… мы найдем выход, — добавила Тай Ли, но было видно, что она сама себе не верит.
Мэй тоже в это не верила. Она знала, что эту ситуацию никак не исправить. Сама свысока смотрела на молодых женщин, которые позволили своим чувствам втянуть их в подобные неприятности. И в мгновение ока, она сама оказалась в такой же ситуации. Ну, разве не ирония?
— Нет, Тай Ли, — спокойно сказала Мэй, гладя подругу по волосам.
— Нет никакого выхода из неприятности, в которую я попала. Действия Зуко разрушили мою семью, и в результате меня выгнали. Я поеду в колонию и буду спокойно жить, в надежде, что никто никогда не узнает, что мой ребенок королевской крови, — тихо продолжила Мэй монотонным голосом. Ей хотелось только лечь и умереть, но ей нужно было думать о ребенке.
— Не говори так! — воскликнула Тай Ли, крепко прижав к себе подругу.
— У других девушек не было таких друзей, как Азула и Сокка. Они найдут выход, я в этом уверена.
Мэй почувствовала, как ее надежды начали расти. Нет! Она не могла думать, что есть хоть какая-то надежда на счастливую жизнь. Лучше раздавить ее сейчас, чтобы не было так больно, когда ей придется уйти с позором…
— Даже Азула или Сокка ничего не смогли бы сделать, чтобы все исправить, Тай Ли, — сказала она, отошла от подруги и отвернулась, хотя Тай Ли пыталась ее удержать.
— Я ценю то, что ты пытаешься сделать, но мне лучше побыть одной, — заявила Мэй, отказываясь поддаться напрасным надеждам. Но сейчас ей было приятно находиться в компании подруги…
— Сокка и Азула заключили сделку, которая спасла твоего отца от полного поражения, — воскликнула Тай Ли.
— И Сокка попросил найти тебя и привести во дворец. И я так и сделаю, не пытайся меня остановить, — с угрозой сказала она, заставив Мэй приподнять бровь. Угрожающая Тай Ли была чем-то новеньким!
— И как бы то ни было, тебе нужно повидаться с друзьями прежде, чем ты уйдешь навсегда, — продолжила Тай Ли, уперев руки в бока и впившись взглядом в спину подруги. — Знаешь, они очень беспокоятся о тебе.
Мэй оглянулась на подругу. Даже выглядя свирепой, она умудрилась казаться милой. И все же Мэй знала, что Тай Ли не разбрасывается угрозами на пустом месте. Она отнесет парализованную Мэй во дворец, если дело дойдет до драки, а в данный момент Мэй не хотела ударить подругу ножом.
— Хорошо, я пойду с тобой, — через какое-то время ответила она, и была вознаграждена еще одним объятием. Друзья были такой помехой!
Но на этот раз именно Тай Ли пришлось высвободиться из объятий Мэй…
§§
Катара решительно шагала по роскошным коридорам и закоулкам. Ее глаза были холодны, словно снежная буря, пока она наблюдала за интригующими дворянами, которые поспешно описывали друг другу, что произошло. Так вот какой была Великая Игра на самом деле! Это было самой большой глупостью, с которой она сталкивалась. Интриги и заговоры! Разрушать жизни ради достижения власти и уважения. Это было так по-идиотски!
Она добралась до личных покоев Зуко и вошла, не потрудившись постучать. Комнаты Зуко — в целом — были весьма впечатляющими, но Катару не интересовало их содержимое. Ее взгляд сосредоточился на принце, который разговаривал с небольшой группой дворян.
Когда она вошла, все присутствующие в комнате подняли голову. Зуко только удивленно моргнул, в то время как дворяне выглядели смущенными или недовольными вторжением.
— Я здесь, чтобы позаботиться о ране сильного и могучего принца Зуко, — язвительно заявила Катара. — Не могли бы вы… господа покинуть нас на какое-то время?
Она сделала резкий жест. Ей было плевать на этих дураков-интриганов, и если дело дойдет до ссоры, она выгонит их отсюда!
Зуко посмотрел на разъяренную молодую женщину в своих покоях. Он подозревал, что друзья придут за объяснениями. Просто был немного удивлен, что им потребовалось так много времени, чтобы встретиться с ним, но у него было много дел, чтобы всерьез задуматься об этом. Он безостановочно встречался с дворянами с момента, как его объявили главой фракции. Казалось, что его власть и влияние растут.
— Прошу нас извинить, это имеет первостепенное значение, — скомандовал Зуко, и дворяне поклонились, прежде чем покинуть его покои.
Катара заставила себя не смотреть на друга, пока не вышел последний дворянин.
Выясни, что он знает и чего хочет! Не затевай ссору… — вспомнились ей слова Сокки.
— О чем ты только думал? — Катара чуть не закричала на несчастного Зуко, заставив его вздрогнуть. Конечно, она могла бы начать разговор и более спокойно. Но в свою защиту могла сказать, что даже мастер Пакку не сумел так ее разозлить. А он отказался обучать ее потому, что она была женщиной.
Зуко выглядел весьма мрачным, пока обдумывал ее слова. Он знал, что отвергнув союз с Тианом он причинил боль Мэй, но так и велась Великая Игра.
— Катара, ты должна понять, что я не мог заключить союз с Тианом после того, как получил новую информацию о том, что на самом деле Тиан все же стоял за похищением лекарств для Джанг Ху, — спокойно сказал Зуко. Он решил проявить терпение и не впадать в гнев.
— Ты уверен в этом? — с подозрением спросила Катара.
Она не слышала ничего подобного от Сокки, но на самом деле не была удивлена. Она последней узнавала обо всем, что происходило в этой стране, и это еще больше бесило ее.
— Иди сюда, дай мне взглянуть на твою рану, — раздраженно продолжила Катара. Она злилась на друга, который спас ей жизнь и в результате этого заработал ужасный ожог, но при этом он полностью уничтожил ее подругу. Все было так запутано!
Ожог Зуко зажил довольно хорошо, но у него навсегда останется шрам, как напоминание о том, что произошло. Это было чудом, что его глаз уцелел.
— К сожалению, это правда, — медленно ответил Зуко, потому что Катара положила обе руки на его голову, а вода из ее бурдюка переместилась ему на лицо. Это было странное чувство.
— Я получил достоверную информацию об этом и действовал в соответствии с ней, — объяснил он.
— А как же Мэй? — довольно резко спросила Катара. — Почему ты поступил с ней так… ужасно?
Зуко поморщился, когда его подруга упомянула Мэй. Он все еще испытывал угрызения совести из-за того, что отменил помолвку.
— Она поймет, — медленно произнес Зуко.
— Вот так и устроена Великая Игра. Слабости эксплуатируются и сильные пожирают слабых. Когда все уляжется, Тиан согласится на брак между мной и Мэй, но на более выгодных условиях, чем раньше, — объяснил он, пока вода текла по его ожогу.
Катара посмотрела на друга холодными, как зимний шторм, глазами. Зуко пришлось напрячься, когда он заметил яростный взгляд подруги.
Выясни, что он знает и чего хочет. Не затевай ссору… — напомнила она себе.
— А ты уверен, что Мэй захочет выйти за тебя замуж после всего, что ты натворил? — спросила Катара обманчиво сладким голосом.
— Возможно это цена, которую ты должен заплатить за свою победу, — продолжила она тем же голосом. Тон, которым она говорила, вместе с холодными как лед глазами был, мягко говоря, ужасным опытом!
— А с чего бы ей не хотеть выйти за меня замуж? — спросил Зуко и поднял оставшуюся бровь.
— Тиан и его фракция ненадолго выпали из политической борьбы, но, когда все успокоится, он будет благоразумен и заключит со мной сделку, — продолжил он.
— Потому, что фракции лорда Тиана больше не существует! — закричала Катара на своего друга-идиота.
— Неужели ты не понимаешь, что натворил? Ты полностью уничтожил его фракцию, Тиана, а в месте с ним и Мэй! — закричала она и отвернулась, не в силах смотреть на него в данный момент.
— Что значит уничтожил? — через какое-то время спросил Зуко потрясенным голосом. — С Мэй все в порядке?
— Мэй беременна, и родители выгнали ее из-за этого, — рявкнула Катара на принца. — Сокка сказал, что Тиан был уничтожен, когда ты отказался жениться на его беременной дочери. Потеря репутации доконала его, и что все это было очень хорошо спланировано вами! Как ты можешь быть таким… таким… жадным до власти? — Катара с рычанием повернулась к нему и начала бить его по груди кулаками.
Зуко даже не почувствовал ударов подруги. Ее слова потрясли его до глубины души. Если Мэй забеременела, и ее выгнала собственная семья, тогда ее репутации действительно пришел конец!
— Что я наделал? — прошептал Зуко, когда удары Катары замедлились. Теперь она тихо плакала.
— Ты увеличил свою репутацию и власть в десять раз и теперь являешься очень сильным, если не самым сильным кандидатом на престол, — внезапно произнес спокойный, но непреклонный голос.
Зуко и Катара вздрогнули от неожиданности и посмотрели на говорившего. Принцесса Урса царственно стояла перед ними, и ее мягкий голос противоречил свирепому взгляду, который она устремила на Катару.
— Мама, это правда? — спросил Зуко все еще потрясенным голосом. Ему было немного сложно думать.
Урса проигнорировала сына и холодно смотрела на Катару.