Глава 1112. Та Сен!

Утром прекрасный солнечный свет падал на землю, разгоняя мрак. Те, кто рано поднялся, заставляли город Лююнь погружаться в шум, лавки открывались одна за другой, особенно же в западной части города, на маленькой улице с харчевнями. Зазывающие покупателей крики были слышны со всех сторон.

Из бурлящего масла там доставали оладьи, с лежавших на раскрытых котлах бамбуковых решеток снимали хлебцы из пшеничной муки, были там еще сделанные из соевых бобов закуски – все это заставляло улицу каждое утро кипеть голосами людей.

Лавка Цзэн Шуйшаня торговала вином, легкой едой и деликатесами. Несмотря на то что было еще утро, продававшееся его семьей вино не только не пьянило тех, кто пил его так рано, а, напротив, давало приятное настроение и бодрило. От этого магазин собирал еще больше публики.

Цзэн Шуйшань, годы которого перевалили за пятый десяток, сидел рядом с лавкой и, держа в руках трубку, смотрел на нескольких, не прекращавших усердно трудиться, работников. На его морщинистом лице отражалось удовлетворение, и проступала легкая улыбка.

Только что купивший кувшин вина парень средних лет покачал его в руках и сделал один большой глоток. Смеясь, он сказал старику Цзэну:

— Дядя Цзэн, вкус вина в твоей лавке стал не таким хорошим, как раньше. Верно, у тебя недостает ингредиентов?

Старик Цзэн уставился на него и, сделав затяжку из трубки, заворчал:

— Чепуха, вино моей семьи Цзэн…

Не дожидаясь, пока старик Цзэн закончит говорить, этот парень средних лет, смеясь, сказал:

— Рецепт вина твоей семьи, старик Цзэн, тысячи лет передавался из поколения в поколение. Как говорят, в самом начале оно вызывало восторг даже у одного пробовавшего его Бессмертного. Дядя Цзэн, этот рассказ ты повторяешь чуть ли не каждый день, и я пойду лучше работать в семью Дун, чтобы не слышать вашу старческую болтовню, — парень средних лет взял кувшин вина и, смеясь, ушел.

— Что знает этот маленький сукин сын? Вино моей семьи Цзэн больше тысячи лет назад, на протяжении больше чем шестидесяти лет точно дегустировал один Бессмертный! — пробормотал про себя старик Цзэн, как следует затягиваясь из трубки.

В его лавке до сих пор ставили подношения нескольким деревянным статуям. Эти статуи имели историю больше, чем в тысячу лет, и действительно изображали предка первого поколения жившей в Лююне семьи Цзэн, а также какого-то Бессмертного, лицо которого было нечетким.

В их семье Цзэн, из поколения в поколение, от самого основателя семейства передавалась легенда. Согласно ей, изначально семья Цзэн жила вовсе не в Лююне, а переселилась в него во время, связанного с чересчур обильными снегопадами, бедствия.

В этой легенде также говорилось, что предок семьи Цзэн прожил вместе с тем Бессмертным более шестидесяти лет. Также этот Бессмертный был человеком, который оказал им большое благодеяние, переселив сюда.

— Предок Цзэн Да Ню дожил до ста тридцати семи лет и, даже перед тем, как покинуть мир, никогда не забывал того Бессмертного. Эта история, которая передавалась из поколения в поколение, могла ли быть ложной? — Старик Цзэн прищурил глаза и постучал трубкой о землю, вытряхивая пепел. Подняв голову, он посмотрел в небо, выражение его лица стало очень гордым.

Но очень скоро он начал протирать глаза. Старик Цзэн внимательно вгляделся в небо, и рот его мало-помалу широко раскрылся.

Среди огромного безоблачного неба, которое было залито солнечным светом, в одно мгновение появилось несколько видимых невооружённым глазом гигантских кругов ряби. Подобно волнам, они расходились во все стороны.

Непрерывно разносились эхом, похожие на рев, оглушительные раскаты грома. В одну секунду этот звук заставил шумные улицы затихнуть, все люди подняли головы, глядя в небо, и в глазах у них проступила паника.

Тут же вслед за тем, как прошла постоянно отдававшаяся эхом, бившая во все стороны рябь, длинные радуги вдруг одна за другой начали появляться с края небес. Они приближались настолько стремительно, что были похожи на падающие звезды.

Эти длинные радуги легко пробили слой сферы астрального ветра в небесах и превратились в культиваторов.