Глава 41. Сильнее, часть 2
– Я считала, что это займет целый месяц, – сказала Санса, когда они гуляли в Богороще,
– Имею в виду путешествие из столицы сюда, – добавила она запоздало.
– Обычно так и бывает… но я не мог ждать постоянные задержки Роберта, а особенно на ту проклятую карету… – ответил Джоффри и фыркнул, качая головой, полной тяжелых дум.
Теперь они были действительно связаны, их судьбы соединены — хорошо или плохо это. Теперь он имеет компаньона в бесконечной борьбе против Цикла, благодаря махинациям Пурпура.
Это настолько его поразило, сколько выводов следовало из этого факта, что он и не мог сразу осмыслить.
– Что случилось… когда нас разлучили, – наконец принц озвучил вопрос, что коробил его все это время, и внимательно посмотрел на нее, когда они присели на опавший ствол в Богороще.
Санса сморщила нос, отведя взгляд в сторону, и Джоффри почувствовал, как в желудке открылась черная пропасть.
– Было немного больно, – сказала она, постукивая коленом о колено,
– Казалось, будто Светлорев пронзил все тело насквозь, огненный шторм пожирал плоть, когда я… – она запнулась, поглядывая на него в течение секунды, прежде чем покачать головой,
– Со мной все будет хорошо, – девушка попыталась успокоить его.
Пожалуй на лице принца был виден ужас.
– Санса, я…
– Даже не начинай! – она перебила его, показывая стальную твердость, которую он уже когда-то замечал; стальную твердость, которая доминировала в последних часах ее предыдущей жизни.
– Что было, то было, Джоффри, и забудем об этом. Теперь стоит двигаться только вперед, – добавила она повелительно.
Джоффри вдохнул на полную грудь, берясь рукой за подбородок, пока размышлял.
– Как это было? Когда ты снова увидела свою семью? – спросил он.
Санса громко проглотила что-то, моргнув.
– Трудно, – сказала она просто. Девушка продолжила через несколько минут тишины, красные листочки летали вокруг нее.
– Я плакала… много… не могла сдержаться… я… – она прервала исповедь, закрыв глаза.
То было монументальным усилием, как Джоффри вдруг осознал, для Сансы — показать уязвимость, после всего, через что она прошла, чтобы он не думал о ней как о бремени, а скорее — как о помощнике, кого-то, кого не надо поддерживать, но кто сам может тебя поддержать. Это проявление доверия.
Поэтому он промолчал, позволяя ей самостоятельно преодолеть боль, и сдержал желание обнять ее и успокоить.