Глава 109: Судья из метро

После завершения автограф-сессии Линь Циншань вместе с Гу Цяньли и Ито Аюми поужинал в ресторане неподалёку от центра города.

Ужин обошёлся в целое состояние: одна жареная куриная грудка стоила 1299 юаней.

Линь Циншань невольно подивился шанхайским ценам — поистине волшебный город.

Но это было неважно. Теперь он тоже был богатым наследником, к тому же успешно начавшим свой бизнес.

Так что можно было позволить себе разок шикануть…

Деньги существуют для того, чтобы их тратить. С собой на тот свет не унесёшь.

Как говорится в известной юмореске: «Самое печальное в мире — это когда человек умер, а деньги остались».

Поэтому Линь Циншань не скупился. Правильная жизненная философия — экономить, когда нужно, и тратить, когда хочется.

Вечером они, естественно, снова поехали на метро — ведь им нужно было в разные места.

Троица благополучно села в вагон, но Линь Циншаня тут же узнали другие пассажиры-фанаты.

Ведь до автограф-сессии фанаты не знали, как он выглядит вживую.

Поэтому утром, когда Линь Циншань ехал на метро, его никто не узнал.

Теперь же всё было иначе, и в метро его, конечно, легко узнали.

Впрочем, Линь Циншань не был какой-то знаменитостью, по крайней мере, число его фанатов ещё не было столь огромным, и они не были такими уж безумными.

Поэтому, даже будучи узнанным, он не подвергался никакой опасности.

— Циншань, ты сегодня так долго подписывал книги, устал? — спросила Гу Цяньли с беспокойством, когда они сели на свободные места в вагоне. — Дома не забудь приложить к руке полотенце, смоченное горячей водой.

— Да нормально, рука не так уж и болит. К тому же, это ведь благодарность фанатам, которые сегодня специально приехали, чтобы поддержать меня, — усмехнулся Линь Циншань.

Способность 【Король Стойкости (Золото)】 значительно повысила его выносливость.

Подписывать книги весь день? Линь Циншань чувствовал, что мог бы продержаться ещё целый день.

— Судя по виду Линь Циншань-сенсея сегодня, он действительно не выглядит уставшим, — с любопытством заметила Ито Аюми. — Это совсем не так, как у других сенсеев!

— Это всё талант, богом данный талант, такому не научишься, — хмыкнул Линь Циншань.

— Кстати, я видела несколько косплееров, очень профессиональных. Так похоже изобразить Давида, Люси, Ребекку, это действительно здорово… — сообщила Гу Цяньли.

— Я тоже видела! У того косплеера Давида было целых восемь кубиков пресса! — добавила Ито Аюми.

— Подумаешь, восемь кубиков… — презрительно фыркнул Линь Циншань.

Раньше у него тоже были, правда, от худобы. Сейчас живот был плоским, даже немного выпирал.

Но в целом фигура Линь Циншаня оставалась худощавой и высокой — вероятно, это была особенность тела прежнего владельца: ел много, но не толстел, разве что живот немного рос…

* * *

Пока Линь Циншань, Гу Цяньли и Ито Аюми беззаботно болтали…

Внезапно из переднего вагона донеслись звуки ссоры.

Казалось, спорили две пожилые женщины, а затем послышался голос пожилого мужчины, который, похоже, поддерживал одну из них.

Крики пожилых людей были такими громкими, что Линь Циншань слышал их даже через вагон.

Ему стало любопытно. Он встал, собираясь пойти посмотреть, что там происходит.

— Циншань… ты куда? — Гу Цяньли тоже встала.

— Пойду погляжу, что там стряслось, — с любопытством заявил Линь Циншань.

И он тут же направился в вагон, откуда доносился шум.

Гу Цяньли и Ито Аюми поспешили за ним.

По мере приближения звуки ссоры становились всё отчётливее.

Наконец, он увидел двух пожилых женщин, сидящих на сиденьях и ругающихся. Перед одной из них, в фиолетовой одежде, стоял пожилой мужчина в синей куртке — похоже, её муж. Они вместе спорили с другой пожилой женщиной, в клетчатой рубашке.

Линь Циншаню стало очень интересно, из-за чего разгорелся спор.

Он тихо встал в стороне и начал слушать.

— Ты чего два места заняла? — голос женщины в клетчатой рубашке чётко донёсся до ушей Линь Циншаня.

— Чего прицепилась? Говори по делу, — возразил мужчина в синей куртке.

Перепалка продолжалась с неослабевающей силой.

— А тебе-то что?

— А я тебе говорю, если мне что-то не нравится, я скажу!

— Мало ли что тебе не нравится!

— Вот из-за таких, как ты, нравы в обществе и портятся!

— Некоторые совсем обнаглели, два места в одиночку занимают…

К этому моменту Линь Циншань примерно понял суть конфликта: женщина в фиолетовом заняла слишком много места, женщина в клетчатой рубашке попросила её подвинуться, та отказалась, и начался спор.

А мужчина в синей куртке… хоть и говорил, что ему просто «не нравится», но по его взгляду было ясно, что он муж женщины в фиолетовом!

Однако пока вмешиваться было рано.

Но тут…

Мужчина в синей куртке заносчиво заявил:

— Я тебе говорю, если никого нет, я и десять мест займу, не твоё дело!

Глаза Линь Циншаня расширились.

«Ах ты ж! Десять мест он займёт?!»

Он тут же шагнул вперёд под удивлёнными взглядами окружающих и ошеломлёнными взглядами Гу Цяньли и Ито Аюми позади.

Он замахнулся на мужчину ладонью. Сначала хотел ударить тыльной стороной, но побоялся ответного удара.

И тогда, сам не зная почему… он ударил его ладонью наотмашь.

*Шлёп!*

Ясный и громкий звук пощёчины эхом разнёсся по вагону.

— Проваливай! Ещё и права качаешь, два места заняв! — влепив мужчине пощёчину, Линь Циншань с совершенно праведным видом вытаращил глаза, напоминая неподкупного судью из преисподней.

В этот момент все присутствующие остолбенели. Даже Гу Цяньли и Ито Аюми застыли на месте.

Что уж говорить об остальных наблюдателях, даже мужчина в синей куртке опешил.

Какой-то парень внезапно выскочил и влепил ему пощёчину. Он его даже не знал! Любой бы растерялся.

— Эй, ты, щенок… — мужчина в синей куртке и женщина в фиолетовом пришли в себя. Гнев захлестнул их, они забыли про женщину в клетчатой рубашке.

И бросились прямо на Линь Циншаня.

Линь Циншань легко отскочил назад, увернувшись от яростного удара мужчины.

Но тот, очевидно, был вне себя от злости и продолжал преследовать Линь Циншаня.

— Стойте! Эй, не надо! — Гу Цяньли и Ито Аюми тоже запаниковали и бросились вперёд, пытаясь их остановить.

— Правильно! Молодец! — неожиданно раздались аплодисменты и одобрительные возгласы со всех сторон вагона.

— Вот-вот! Ещё и права качает! Что, умрёт, если подвинется?

— Ещё и говорит, что нравы портятся. Да ты сам их и портишь!

— Молодец парень! Круто! Сказал — влепил пощёчину!

* * *

Пассажиры были в восторге. Линь Циншань сделал то, что было у них на душе.

Однако в этот момент некоторые фанаты «Бегущих по краю» в вагоне узнали Линь Циншаня и переглянулись.

— Это же… Линь Циншань-сенсей?