Глава 149: Живи!
«Если попадёшь в кинотеатр, что нужно делать?»
Агни стоял перед кинотеатром, вспоминая слова Тогаты.
«Сначала, войдя внутрь, подойди к кассе и купи билет на фильм, который хочешь посмотреть».
Агни достал из кармана билет в кино.
«А когда купишь?»
«Потом купи карамельный попкорн».
«А напитки не бери, от них захочется в туалет во время сеанса».
В руках Агни появилось ведёрко с попкорном.
«А дальше?»
* * *
Следуя инструкциям, которые Тогата дала ему ранее, Агни наконец вошёл в зрительный зал. Он искал своё место перед большим экраном.
Но тут Агни увидел… сестру Луну!
Она сидела в зрительном зале. Заметив Агни, она улыбнулась ему, а он ей. Луна даже опустила для него сиденье рядом с собой, приглашая сесть.
Агни, переполненный радостью, уже собирался подойти и сесть рядом с Луной.
Но в этот момент…
Чья-то рука внезапно схватила его за воротник и резко отдёрнула назад!
Попкорн рассыпался по полу.
А на месте, предназначавшемся Агни, сидела Тогата.
Она начала рассказывать, почему ей так нравятся фильмы.
— Агни, я… я всегда думала, что однажды стану мужчиной.
— Как главный герой фильма, буду спасать других.
В этот момент сцена вернулась в реальность. Тогата обнимала вновь пылающего Агни!
Она спасла его!
Но одновременно её саму охватило яростное пламя с тела Агни.
Чувствуя на себе огонь Агни, Тогата невольно думала, как он вообще выносит такую боль. В то же время она размышляла о том, что герои фильмов перед смертью всегда оставляют последние слова.
Какие же слова ей оставить?
«Мы встретимся в аду».
Нет, кажется, никакого ада нет. Она же раньше говорила, что люди после смерти попадают в кинотеатр.
Поэтому она подумала сказать: «Стань котиком…»
Не то. Эта фраза тоже не подходит.
«Мама…»
В конце концов, пусть будет «мама». Умирающий, шепчущий имя матери, — в этом что-то есть. Хотя и довольно банально.
Решено.
Однако Тогата посмотрела на Агни…
И вдруг подумала: «Если я умру, он ведь тоже захочет умереть».
Поэтому она не хотела, чтобы Агни умирал. Ведь она спасла его ценой своей жизни.
Но…
«Почему он вообще должен жить?»
«Он ведь уже убил Дому. После смерти он сможет встретиться с сестрой».
«Он и сам желает себе смерти…»
«Это точно. Ведь жить — это жарко и больно».
«Продолжать жить — значит лишь страдать…»
«Но почему он должен жить?»
«Точно…» — Тогата вдруг улыбнулась. И её последними словами Агни были:
— А… гни…
Агни смотрел, как Тогата сгорает у него на глазах, как она произносит свои последние слова:
— Живи.
Затем Тогата окончательно умерла, в ней не осталось ни капли жизни.
Агни смотрел на неё с полным неверием. Он громко закричал:
— Почему?!
— Зачем ты это сделала?!
— Тогата! Зачем ты это сделала?!
* * *
Тогата… вот так умерла?!
Фань Сывэй не мог этого принять. Ему казалось, что у него не хватит смелости даже перевернуть страницу манги.
Тогата умерла здесь, спасая Агни. А Агни из-за этого выжил. Тот, кто не должен был умирать, умер, а тот, кто должен был, — выжил.
Агни… вот кто больше всего заслуживал смерти!
Не потому, что он был воплощением зла, а просто потому, что смерть для него была лучшим исходом.
Если бы Агни умер здесь, Фань Сывэй почувствовал бы лишь огромное облегчение и порадовался бы за него. Потому что… наконец-то освобождение. Это было так нелегко. Даже если бы «Огненный кулак» продолжился без Агни, он бы с радостью это принял.
Хватит мучить Агни, хватит мучить и его, читателя.
Это был первый раз, когда Фань Сывэй чувствовал, что для главного героя смерть лучше жизни.
Пусть Агни обретёт покой. Хватит продолжать, потому что продолжение — это лишь мука.
Но… Агни не умер. Вместо него умерла Тогата.
Фань Сывэй почувствовал, как у него всё скрутило внутри, словно его самого охватило пламя, как Агни. Во рту стоял горький привкус.
Почему… почему Агни всё ещё жив…
Его мысли сейчас были точно такими же, как у Агни. Ему казалось, что он вот-вот сойдёт с ума.
* * *
В манге Агни так и не получил ответа на вопрос, почему Тогата хотела, чтобы он жил.
Поэтому ему оставалось лишь нести её тело по снежной пустыне.
В конце концов он вернулся на базу культа Агни.
Однако деревня, где располагался культ… была полностью разрушена. На её руинах выросло гигантское дерево, бесчисленные ветви и корни проросли сквозь тела последователей. Казалось, из них высосали всю жизнь, их тела иссохли.
И тут перед Агни появилась Ледяная Ведьма. Это она привела Юду¹, которая начала превращаться в дерево рядом с деревней агнистов, высасывая жизнь из всех её обитателей.
Она тут же атаковала Агни, но её способности были против него бессильны. Тогда она попыталась заставить Юду, ставшую Мировым Древом, напасть.
Но Агни услышал голос Юды, исходящий от гигантского дерева:
«Агни, убей меня».
«Я больше не хочу жить».
«Но я не могу убить себя сама».
«Я в этом дереве. Это я основала Бехемдорг».
«Это я создала Дому».
«Это я убила твою сестру».
«Поэтому убей меня».
Она повторяла это Агни снова и снова, словно жаждала смерти.
Агни был в ярости.
— Вот как… Понятно… Понятно!!
— Я убью тебя!
Он прорвался сквозь атаки Ледяной Ведьмы и взобрался на гигантское дерево.
— Что ж, тогда я убью тебя!
Агни забрался на дерево, нашёл место, где находилась Юда, и в гневе обрушил на неё кулаки!
— Убью тебя!
— Я убью тебя!
— Почему оно не горит?!
— Я сейчас же убью тебя!
Глядя на обезумевшего Агни, Ледяная Ведьма, стоявшая на земле, кричала Юде, чтобы та убила его.
Но…
Юда не атаковала Агни, лишь позволяла ему наносить удары.
— Что ты делаешь?! — Ледяная Ведьма не могла поверить своим глазам. — Убей его скорее! Убей!
Однако Юда не сопротивлялась, пока…
Агни одним ударом не пробил в дереве трещину. Внутри лежала… Юда!