Глава 734

«Чёрт!» — Джейк скривился в сожалении, когда прибыл слишком поздно к изрешечённой проколами молодой женщине. Мощное излучение, испускаемое этими шипами, ужасающе быстро обжигало окружающие ткани.

Как Кармин могла быть такой беспечной, что забыла самые элементарные принципы предосторожности? Он мог винить только себя за переоценку её зрелости.

Затем он замер, даже осторожно вытащив свой меч, отступая назад.

Джейк действительно переоценил её? Тут было не в этом дело. Не важно, переоценил он её или нет, потому что он не полагался только на своё суждение при составлении планов.

Его Теневой Наставник не шевелился всё это время. Он мог смириться с тем, что Уайатт не хотел, чтобы его нашли, но то, что его Теневой Наставник остался неподвижным, когда Кармин была в смертельной опасности? Даже если бы он был в сто раз глупее, он бы понял, что что-то не так.

«Кто ты?» Джейк деактивировал Заклинания Стеилса, наложенные на них, и в процессе немедленно нарисовал пальцами руну плазмы, которая сформировалась в воздухе предписанием «Покажи свою истинную природу».

Плазменные слова пронзили пространство со скоростью, близкой к телепортации, мгновенно клеймя левую грудь Кармин, единственную часть её тела, которая всё ещё была относительно нетронутой. Как только Слова Силы запечатлелись на её молочно-белой коже, Джейк почувствовал неприятный рывок в своём сознании, знак того, что его ментальная сила стремительно истощается.

В этот момент избитый вид молодой женщины претерпел резкое изменение. Из прекрасной красавицы с длинными шелковистыми волосами и сексуальным телом её изгибы сгладились, а затем её талия сузилась, приняв форму склизкой массы, которая выглядела как человеческая плоть, растворённая в кислоте. Затем масса переформировалась, приняв облик совершенно другого существа. Уайатт, затем Эйслинг, за ними Эльдуин и Бхаммод.

«Уайатт?» Джейк нахмурился, но просканировав банки своим Устройством Оракул, расслабился: «Нет, ты самозванец».

Когда он убедился, что монстр перед ним не был ни Кармин, ни Уайаттом, отношение Джейка резко изменилось. Его ранее терпимое и покладистое поведение мгновенно стало ледяным и враждебным, любое чувство милосердия было подавлено в зародыше.

«Оборотень, мне всё равно, кем ты являешься или на кого работаешь», — угрожал Джейк, зловеще рыча с угнетающим убийственным намерением. Редко он был так зол. «Расскажи мне, что случилось с Кармин и другими, и я обещаю оставить твой труп целым. В противном случае я обещаю тебе, что участь, постигшая узников этих катакомб, покажется совсем доброй по сравнению с участью, которую я приготовил для тебя.

«Гыгыгыгы!»

В ответ на его попытку запугивания монстр рассмеялся.

«Для Игрока ты уж слишком высокомерен». Носовой, диссонирующий голос, похожий на расстроенную гитару, разнёсся по камере, и лицевые мышцы Джейка неудержимо дрогнули, когда он услышал этот ужасный звук. «Все эти глупые, наивные Игроки… Я прекрасно проводил время, мучая их и манипулируя ими. Приводя их к их погибели, даже не отдавая себе отчёта в том, что их водили за нос, разве это не самая опьяняющая из радостей?»

Джейк помрачнел, слушая, как оборотень-Игрок весело хвастался своими подвигами. Джейк, возможно, ошибся, следуя за Кармин сюда, хотя это было не совсем его вина, но по его мнению, этот Игрок также совершил непростительную ошибку, пытаясь заманить его в ловушку.

Заметив растущую враждебность в глазах Джейка, оборотень резко перестал рассказывать о том, как он любил резать Кармин и его других товарищей на кусочки, наслаждаясь их криками агонии. На его расплывчатом лице появилось более торжественное и серьёзное выражение.