Глава 783

Глава 783. Пофиг всем и каждому

Осознав, что лишился всех своих подчинённых, Король Рыцарей Смерти впервые извлёк свой длинный клеймор. Его конь был не мускулистым чёрным жеребцом, подобным другим, а гигантским плотоядным пегасом, поразительно напоминавшим Акаталуса, свирепого скакуна барона Лоданвальса, с которым сражались Джейк и Руби.

Двое Воинов Нежити и три Архимага Нежити, которые до этого момента составляли охрану Вхошкауда, также заняли боевую стойку.

Один из двух воинов был легендарным орком, могучим, как тролль, чья армия завоёвывала и обращала в рабство четверть континента на протяжении столетий, прежде чем их наконец остановили.

Второй был не кем иным как Героем, сокрушившим мечты Завоевателя Орков о господстве. Он был вельфалом, гуманоидом с бледно-голубой кожей и непревзойдённым сродством со стихией Пространства.

«Берегитесь вельфалов», — сурово предостерёг их Лайзандер. «Они могут телепортироваться куда угодно, блокировать пространство в выбранной области, чтобы вы не могли бежать или использовать свои пространственные артефакты, а также по своему желанию растягивать, сжимать или разрывать пространство, чтобы атаковать, защищаться, ускорять свои движения или замедлять вас».

Мирмидонцы, которые довольно гордились своей сокрушительной победой, сразу снова стали серьёзны, их лица выражали предельную бдительность. Люсия, командовавшая битвой из задних рядов, тоже перестала позировать со скрещёнными руками и снова обнажила свой фирменный меч.

«Я займусь вельфалом», — заявила она тоном, не допускающим возражений.

Уважив желание своей принцессы, мирмидонцы логично сосредоточились на Завоевателе Орков и Короле Рыцарей Смерти.

«Дай мне заняться Королём Рыцарей Смерти», — впервые за всю битву заговорил Кенуэй. «Я единственный, у кого есть достаточная жизненная сила, чтобы сразиться с ним».

Пережив почти 1000 лет, непобедимый оборотень мог различить то, что ускользало от этих незрелых Игроков. Если б с Королём Рыцарей Смерти сражались Люсия или Уайатт, то даже в случае победы, цена была бы столь высокой, что она сделала бы их победу бессмысленной. Он же, напротив, знал, как обращаться с подобными мерзостями.

Прежде чем двинуться навстречу своему противнику, он послал телепатическое сообщение младшему брату, который незаметно кивнул. В итоге, Люсия, Уайатт и другие мирмидонцы нацелились на оставшихся Архимагов Нежити.

Лишившись телохранителей, Вхошкауд потерял всякую надежду на перелом в свою пользу, однако на его роботизированном лице не было и намёка на страдание. Вместо этого, бросив взгляд на битву Шамаша и Хэйнта, он повернулся обратно к Люсии и её союзникам и поздравил их:

«Должен признать, что недооценил вас. Я никогда и подумать не мог, что кучка Игроков из неизвестных фракций сможет полностью уничтожить мою армию Нежити и все мои клоны, созданные за последние несколько лет. Вся моя подготовка к захвату Лаударквика была разрушена в одно мгновение.

«Признаю ваше… ваше поражение».

Когда Андроид Лич признал своё поражение, Люсия, Уайатт, Кенуэй и другие наблюдательные Игроки почувствовали, что что-то не так. Почему в его последней фразе им почудился сарказм?

Наслаждаясь вызванным замешательством, андроид удовлетворённо улыбнулся, и его выражение лица застыло. Блеск в его роботизированных глазах на мгновение мерцал и затем навеки погас.

Андроид предпочёл самоубийство.

Короля Рыцарей Смерти и оставшихся зомби затянуло обратно в их родные измерения, их тела распались, превратившись в струйки чёрного дыма. Порталы закрылись, и в подземном зале снова стало тихо.

БУМ!

Пока Люсия с остальными пребывала в оцепенении от лёгкой победы, с другого конца зала вырвалась ослепительная вспышка света. Тело, яркое как звезда, безжизненно рухнуло в центр зала, образовав гигантский кратер, а затем, взорвавшись, обрушилось на само себя, создав мини-чёрную дыру.

Шамаш телепортировался прямо перед мини-чёрной дырой и взмахом руки заставил её исчезнуть.

«Хайнт… мёртв?» — заикаясь, пробормотал Кенвэй в шоке. Даже в своих самых страшных кошмарах он никогда не представлял себе подобного сценария.

У Люсии, Уайетта и других миртерианских нердов было подавляющее недоумение, но Хад, который видел всю эту сцену, был торжественен.