Глава 1268

«Что… что я забуду?»

Лин Саньцзю по-прежнему слышала перебранку Юань Сянси и Богемии сквозь частично обрушившийся потолок, спускаясь по лестнице. Порой доносились глухие звуки, когда они наступали на ступеньки. Но внизу царила тишина — Кукловод слегка прислонился к стене, и стеклянная банка казалась невесомой в его бледных, тонких пальцах, отчего конфеты внутри тихонько позвякивали.

«Что-то недавнее или из прошлого?» — спросила она. — «Что я забуду?»

Кукловод опустил взгляд на банку с конфетами. Через мгновение он тихо сказал: «Ограничений нет. Ты забудешь то, что он выберет, будь то переживание, цвет или навык. Как только он выберет, оно будет потеряно».

Находясь в подвале больницы, она вспомнила, что действительно ела конфеты, но ничего не произошло. Заставили ли те конфеты её что-то забыть?

Жужжание механизма J7, когда она поворачивала голову между ними, голос Богемии, непрекращающийся дождь снаружи… всё это уходило далеко-далеко, оставляя в сознании только Лин Саньцзю и её неясные, ненадежные воспоминания.

«Что я забыла?»

Лин Саньцзю попыталась вспомнить свои переживания, надеясь вспомнить всех знакомых и дела, которые она ещё не сделала — Рено и Рену, двенадцать личностей, главный приз, оставленный один в Библиотеке потока данных, помощь Магусу в поиске её тела… Её брови хмурились всё сильнее и сильнее, пока Кукловод неожиданно не усмехнулся, выводя её из размышлений.

«Если бы ты могла вспомнить, это не считалось бы утратой».

«Это полное забывание?» — настаивала она, становясь всё более настойчивой. — «Будто я никогда об этом не знала? Если кто-то напомнит или попытается загипнотизировать меня, смогу ли я об этом вспомнить? С мастерством Магуса в высшем сознании, может ли у неё быть какой-то способ помочь?»

Кукловод лишь приподнял бровь, но промолчал.

Ему не нужно было ничего говорить. Того факта, что именно Гун Даои дал ей конфеты, было достаточно, чтобы объяснить множество проблем.

Некоторое время никто не говорил. Богемия и Юань Сянси продолжали препираться, спускаясь по лестнице, их оживленные голоса нарушали тишину на первом этаже. Перед тем как они достигли гостиной, Богемия крикнула: «Ну как? Ты заставила Художника попробовать?»

Лин Саньцзю повернулась, вспомнив Художника и её чистую карту. В тот же миг снова загремела банка с конфетами, привлекая её внимание. Она увидела, как Кукловод сжал пальцы, и стеклянная банка исчезла в его крепкой хватке.

«Если он хочет это забрать, то пусть так и будет».