Глава 987

Черный ствол пушки напоминал один глаз. Под его безмолвным взглядом Линь Саньцзю влезла на другую лодку. Цао Пэн, продолжая сидеть на тонущей лодке, не двигаясь, спросила: «Как определить хорошую лодку?»

«На ней имеется мусор, не пропитанный водой», — ответила Линь Саньцзю всего одной фразой. Цао Пэн внезапно поняла и воскликнула: «А!» Она взглянула на лодку, на которую ступила Линь Саньцзю, со скептическим выражением лица, а затем перевела взгляд: «На твоей лодке ничего нет. Где мусор на лодке, которую ты принесла мне?»

«Вот он», — Линь Саньцзю подняла из-под ноги сухой и аккуратно сложенный фантик от жвачки. «Видишь, мусор на этой лодке».

«Думаешь, я глупая?» — презрительно фыркнула Цао Пэн. «У тебя было полно времени, чтобы переместить его в другое место. Эй, позови их».

«Что ты задумала?»

«Чего так нервничаешь?» — рассмеялась Цао Пэн. «Если бы не знающий человек увидел нас, то подумал бы, что мы одна группа».

Возможно, из-за того, что Линь Саньцзю вошла на лодку, та под ней покачивалась на волнах. Она крепко схватилась за край сиденья, не отвечая на насмешки собеседницы.

«Когда вы все решили, что я потонула, и сколько бы я ни кричала, вы даже не взглянули на меня», — проговорила Цао Пэн, каждое ее слово казалось пропитанным ненавистью. «…Когда я наконец пришла в себя, то увидела, что вы так увлеченно беседуете, будто ваши жизни зависят от этого».

Ее губы дрогнули, но на лице не отразилось ни капли улыбки.

«Ты уже знаешь, как отличить хорошую лодку, так что для чего тебе понадобилось так долго, чтобы найти только одну. Я все меньше и меньше тебе верю», — голос ее охрип, когда она продолжила: «Прямо перед тем, как я обстреляла Наташу, она обыскивала ту лодку, как будто что-то подняла. До меня только что дошло, когда ты заговорила. Должно быть, она подобрала какой-то мусор. Если ее лодка действительно была хорошей, то у тебя должно было остаться всего три лодки».

Линь Саньцзю изо всех сил старалась не показывать никаких эмоций.

«Как ты могла отдать мне хорошую лодку?» — Цао Пэн пожала плечами, переложив черный ствол пушки на другое плечо. Когда двое других приблизились, встревоженные ее движениями, их катамаран жалобно заскрипел от их резкой остановки. Казалось, это ее развеселило, и она истерически рассмеялась.

«Подплывите поближе», — приказала она, сидя на тонущей лодке. Это было похоже на военный смотр, когда она заглядывала в каждую лодку. В лодках, привезенных двумя другими, были пластиковая бутылка с напитком и смятый ком бумаги. Она нахмурила брови в задумчивости, похоже, не в силах решить, какую хорошую лодку выбрать. Через несколько секунд она подняла глаза и спросила: «Кто из вас согласен плыть на лодке, на которую ступала эта женщина?»

Филиберт и круглолицый мужчина обменялись взглядами, и первый сухо произнес: «…Я согласен».

Однако эта фраза каким-то образом помогла Цао Пэн принять решение. Она махнула рукой, чтобы остановить Филиберта, и вместо этого указала на лодку под круглолицым мужчиной, сказав: «Нет, поплывете вы. Я хочу эту». Затем она показала на Филиберта и сказала: «Дайте мне лодку, которую вы привезли».

Под взглядом черного ствола группа торопливо поменяла лодки. К тому времени, как они закончили, все лодки неустойчиво покачивались на поверхности озера.

«Хорошо, теперь отплывайте», — Цао Пэн похлопала по стволу пушки и предостерегающе сказала: «Как только вы отъедете подальше, я зайду на лодку».

«В чем смысл всего этого?» — вслух спросил Филиберт.