Глава 29

Ощущения в игре были поразительно реалистичными. А враги, с которыми предстояло сражаться, — коварны и беспощадны.

Такой экстремальный мир иллюзий для Учиха, да и для любого ниндзя, несомненно, представляет собой идеальное место для тренировки.

Более того, игра-гендзюцу обладает высокой степенью адаптивности: от обычных ниндзя до элитных бойцов — любой, кто стремится развить боевое чутьё, сознание и опыт, может войти в игру и сразиться с искусственными противниками.

Лишь одного «выступления» Учихи Акитоки оказалось достаточно, чтобы Учиха Сацуна с громким хлопком по столу подтвердил — всё, что вчера говорил Учиха Фугаку, было чистейшей правдой. Более того, теперь он считал, что Фугаку даже преуменьшил.

Эта тайная техника, созданная Учихой Кеем, несомненно, станет сокровищем клана, способным обеспечить его процветание на тысячу лет вперёд!

Бой Учихи Акитоки подошёл к концу.

Пробная версия игры не давала бесконечного числа жизней — у игрока было всего пять попыток.

Когда все пять были исчерпаны, тестирование завершалось.

Сознание вернулось в реальный мир, но Учиха Акитоки будто очутился между мирами — он не мог прийти в себя. Психическое напряжение от многократной смерти выбило его из равновесия, тело слабо подрагивало, и даже Шаринган не отключался: томоэ продолжали вращаться без остановки.

В тот же миг вернулись в сознание и наблюдавшие за боем Учихи. Их взгляды одновременно устремились к Акитоки. И когда они заметили, в каком состоянии его глаза, старейшина Учиха Сацуна молниеносно раскрыл Шаринган и впился взглядом в Акитоки.

Прошло немного времени, и на лице старейшины, испещрённом морщинами, выступила неудержимая радость. Он не сдержался и рассмеялся:

— Ха-ха-ха-ха! Превосходно! Великолепно! Просто восхитительно! Ха-ха-ха-ха!

Внезапный взрыв хохота привлёк внимание всех, кто до этого ещё не понял, что произошло. Те, кто не заметил изменений в Акитоки, поспешно обернулись.

— Старейшина, что случилось? — не сдержался Учиха Фугаку. — Это из-за эффектов игры-гендзюцу?

Учиха Сацуна сначала покачал головой, а затем кивнул. Под усиленно внимающими взглядами собравшихся он заговорил серьёзным голосом: