Глава 180. Святилище

Перед серебряной башней собралось около тридцати сур. Сред них были и мужчины, и женщины, но вот что у них было общего, так это то, что все они были молодыми.

«Это что, своеобразное гражданское ополчение?»

Даже самый слабый был на уровне низкорангового генерала, что делало их слишком могущественными для обыкновенной гражданской милиции. Сами же суры выглядели как простые сельские жители. Когда Ингун и Меч Герцога приблизились, один из сур быстро вышел к ним навстречу. Это был молодой человек с красной кожей.

– Меч Герцога.

– Индара.

На лице Ишгарда появилась легкая улыбка. Индара был одет в почти такую же одежду, что и Меч Герцога, но вместо белой расцветки Ишгарда, его наряд был золотым. Более того, выделялся и цвет его волос, поскольку он был тёмно-русым.

– Принц, это Индара, отвечающий за стражу. Он одна из восходящих звезд сур.

– Меня зовут Индара и я приветствую 9-го Принца, – произнес молодой человек и поклонился Ингуну. При этом он сложил обе руки, словно монах, что наверняка было уникальным способом приветствия сур.

– Приятно познакомиться, – ответил Ингун.

На вид Индаре было не больше двадцати лет, но на самом деле ему уже перевалило за семьдесят.

«Это он заменит Галлехеда?»

Галлехед, капитан сур, в Саге о Рыцарях как правило погибал ещё на раннем этапе гражданской войны против оборотней. И сразу после его смерти Индара становился главным представителем сур во Дворце Короля Демонов.

«Кстати, о Галлехеде… Он же вырос за пределами деревни сур, верно?»

Согласно сводкам из Саги о Рыцарях, Галлехед родился не в Святилище, и не во Дворце Короля Демонов, а был найден на территории оборотней. Его приемным родителем был один из последних королей оборотней и отец 4-ой Королевы Элейн, а потому доверие оборотней к нему было очень сильным.

«Он с детства дружил с 4-ой королевой Элейн».

Интересные факты из Саги о Рыцарях наполняли разум Ингуна. А пока он об этом думал, Меч Герцога повернулся к Индаре и произнес:

– Индара, пожалуйста, зачисти здесь всё. А мы с принцем пойдем в деревню.

– Как прикажете, – уверенным голосом произнес Индара и вновь поклонился Ингуну.

Шутра попрощался с Индарой и двинулся вслед за Мечом Герцога. Размер башни оказался больше, чем он думал. Она была не идеально круглой, а овальной, и вполне очевидно, что её высота превышала 100 метров.

– Даже представить себе не мог, что когда-нибудь лично проведу принца в Святилище, – внезапно объявил Ишгард, как только они подошли к дверям серебряной башни.

Обернувшись к Шутре, он прижал ладони к дверям.

Огромные двери открылись, представив их взору внутреннюю часть башни.

Внутри оказалось достаточно крупное поселение, выглядевшее так, будто было взято из сельских краёв – с полями для сельскохозяйственных культур и играющими детьми. Однако внимание Ингуна привлекло вовсе не то, что в огромной башне располагался целый небольшой городок. В центре этой деревни был магический круг. Это было нечто вроде оберега, испускающего вверх столп света.

Это было своего рода святилищем в святилище. И, согласно пояснению Ишгарда, его можно было назвать святилищем всего Мира Демонов.

Меч Герцога положил руку на плечо Ингуна, и, шагнув вперед, тихо произнес:

– Добро пожаловать в дом сур, принц.

Ингун прошел сквозь двери. Воздух внутри оказался совершенно другим. Если снаружи была зима, то внутри стояла осень. А ещё, к его удивлению, здесь он мог видеть небо.

Суры, работающие в полях, поклонились Мечу Герцога. Он принял их приветствия и поздоровался в ответ.

– Принц, Святилище неоднократно подвергалось нападениям в течение последних сотен лет. Все эти атаки были целенаправленными как на самих сур, так и на Святилище, – произнес Меч Герцога, глядя на оберег в центре деревни.

– Этот Лич, Шутенберг… Это уже его третья атака. Он приходит не лично, но каждый год посылает сюда несколько клонов. Однако его силы тоже ограничены. Наши маги установили, что как только его клон умирает, тело Архилича получает большой урон.

Затем Ишгард упомянул, что все эти атаки были поистине безжалостными.

Но почему Шутенберг так стремился уничтожить Святилище? Архилич был настолько силен, что не было бы преувеличением назвать его настоящей боевой машиной. Но зачем он так настойчиво раз за разом атаковал Святилище было неясно.

Абселтур тоже был немаловажной проблемой. Шутенберг и древний монстр заключили временный союз, поскольку они оба стремились к Святилищу? Или же они действовали по чьему-то приказу? В голову Ингуна тут же пришли Рыцарь Смерти и Рыцарь Войны, однако ни Шутенберг, ни Абселтур не были наделены их аурами.

– Меч Герцога, расскажите мне о Святилище.

Услышав вопрос Ингуна, Ишгард глубоко вздохнул и ответил:

– Это очень важное место для всего Мира Демонов. Король Демонов решил спрятать святилище от посторонних глаз. Мощные обереги затрудняют поиск Священной Земли. Кажется, Шутенберг каким-то образом вынюхал его местоположение… Но я думаю, что в несколько ближайших лет ему ничего не грозит. А пока я надеюсь, что мне удастся найти пристанище самого Шутенберга.

Безопаснее всего было самому нанести удар по противнику, нежели ждать, пока он атакует Святилище всеми своими силами.

«Это уж точно…»

В Саге о Рыцарях у Меча Герцога был образ странника. Если бы Ишгард безвылазно сидел в Святилище, он никогда не встретил бы Амиту, другого странника Мира Демонов. Учитывая это, история выглядела логичной.

Ишгард внезапно нахмурился и произнес слегка раздраженным тоном:

– Извини, принц, но сейчас я не могу рассказать тебе больше. Надеюсь, ты понимаешь.

– Понимаю.

Основываясь на рассказах и действиях Меча Герцога, информация о Святилище была строжайшим секретом даже во Дворце Короля Демонов. А поскольку в первую очередь Шутра попал сюда только из-за приказа Короля Демонов, то вполне естественно, что Меч Герцога был осторожен со своими словами.