Ранобэ | Фанфики

Регрессия падшего созвездия

Размер шрифта:

Том 1 Глава 380 Созвездие, Астрология Пурпурного Созвездия (1)

Мощное землетрясение прокатилось по планете, усыпанной грудами обломков, а затем последовал мощнейший взрыв.

Бум!

Бел-Мардук вышел из центра взрыва, сердито пыхтя и отдуваясь.

― Хаф-! Хаф-!

Было видно, что он в ярости. Его лицо было красным, а половина тела уничтожена, хотя он быстро восстанавливался. Чанг Сун отдал приказ «Нагльфару» самоликвидироваться, что взбесило Бел-Мардука и повлекло за собой его тяжелые ранения.

― Ну и дела, — раздался над ним хихикающий голос.

Бел-Мардук с досадой посмотрел в сторону источника смеха. Садальмелик «Водолей» маняще улыбалась Бел-Мардуку, сидя на куче плавающего космического мусора.

― Ты издеваешься надо мной?

Бел-Мардук выглядел так, словно хотел разорвать Садальмелик на куски, но она лишь драматично отмахнулась, не извинившись, решив, что он никогда этого не сделает. Впрочем, ее уверенность проистекала из ее способностей.

Тап!

Бел-Мардук поймал бутылку, которую бросила ему Садальмелик; в розовой стеклянной бутылке плескалась прозрачная вода.

― Я бы не дала тебе это, если бы просто хотела поиздеваться над тобой, — сказала Садальмелик, продолжая хихикать.

― Ха!

Бел-Мардук тихо зашипел и выпил зелье. Каждый глоток ускорял его выздоровление. Зелье называлось «Нектар»; это было мифическое снадобье, которое могли приготовить лишь несколько представителей Небес. Садальмелик была одной из них. Поскольку она была практически единственным целителем в «Гороскопе», можно было без преувеличения сказать, что она была самой влиятельной в «Обществе» наряду с Бел-Мардуком. Только после того, как его разбушевавшаяся Божественная Сила немного утихла, Бел-Мардук продолжил говорить.

― Он стал намного сильнее и хитрее.

В отличие от прежнего, в его голосе не было и следа озорства или раздражения. Напротив, его тон был спокойным и резким; Садальмелик могла с уверенностью сказать, что этот инцидент сильно изменил мнение Бел-Мардука о Чанг Суне. До сих пор для Бел-Мардука Чанг Сун был… Как это называется? Игрушкой? Чанг Сун был легкой добычей, которую Бел-Мардук мог сожрать в любой момент, но эта добыча вдруг превратилась в огромного слона.

«Но тот факт, что Бел-Мардук по-прежнему считает Сумрака своей добычей, не изменится.»

Подумав об этом, Садальмелик спросила:

― Так неужели тигр внезапно обрел лисью смекалку?

― Нет, скорее…

Бел-Мардук на мгновение запнулся и продолжил.

― Змей. Выскользнув из кожи, он обзавелся изворотливостью.

― Змей, да? Хахаха, в этом есть смысл, — кивнула Садальмелик.

Змеи считались мифическими существами, способными свободно путешествовать между миром мертвых и миром живых, поскольку по своему желанию могли перемещаться как по поверхности, так и под землей. Змеи также сбрасывали кожу и становились крупнее, что также означало возрождение. Благодаря острому уму они также символизировали остроумие и мудрость.

Смерть, возрождение, остроумие, мудрость… Чанг Сун технически обладал всеми этими чертами. Возродившись после смерти, он быстро окреп, словно змея, сбрасывающая кожу. С помощью своего ума он составлял тайные заговоры против своих врагов, уничтожая их одного за другим; кроме того, он постоянно совершенствовался в познании гнозиса, что свидетельствовало о его возросшей изворотливости.

― Если подумать, то первое чудовище, с которым он сразился после возвращения на Землю, тоже было змеей, — подумала Садальмелик.

Все складывалось слишком удачно, чтобы быть совпадением, и это было интересно.

― Кресло 13-го Зодиака пустует, верно? Может, отдадим его ему? — небрежно предложила Садальмелик.

«Змееносец», 13-й знак Зодиака, был забытым Звездным Знаком, о котором сейчас почти никто не помнил, но именно этот Знак вдруг пришел в голову Садальмелик. Когда она произнесла это вслух, у нее возникло ощущение, что это неплохая идея.

Чанг Сун продемонстрировал, что не уступает им в способностях во время этого инцидента. Кроме того, у него был «Фрагмент Первого Созвездия», так что он был более чем квалифицирован. Она даже не рассматривала возможность того, что Чанг Сун отвергнет их предложение. Пусть Зодиаки и были врагами, но сейчас они работали как партнеры по необходимости.

― …..

Однако Бел-Мардук, казалось, погрузился в раздумья.

― Ну, ты же не хочешь делать из мухи слона, раз уж скоро планируешь его сожрать, верно? — заметила Садальмелик, усмехаясь.

Бел-Мардук посмотрел на неё холодными глазами.

― Тебе нужно сожрать Сумрака, чтобы завершить себя и вернуться к той поворотной точке, которая тебе действительно…! А-а-а-а!

Садальмелик взвизгнула, потому что Бел-Мардук вдруг грубо схватил ее за голову.

― Я уже несколько раз говорил тебе, что не стоит быть излишне любопытной. Неужели ты забыла об этом, Садальмелик?

Бел-Мардук все крепче сжимал голову Садальмелик, а ее крики становились все громче. Она чувствовала, как ее душа понемногу разрушается, но, несмотря на то, что она постоянно била Бел-Мардука по рукам, он не ослаблял хватки.

― Или я слишком много опекал тебя в последнее время? Поэтому ты считаешь, что можешь держаться со мной на равных?

― Прости. У меня сорвалось с языка! Меня это больше не интересует! Так что позволь мне… уйти…! — быстро сказала Садальмелик.

― Я не люблю тратить время на всякие предупреждения. Я могу просто разорвать тебя на куски и заменить другим участником, как я сделал это с «Львом».

Садальмелик пылко кивнула, глядя на «Льва» сквозь щели между пальцами Бел-Мардука. Только Зодиакам из «Гороскопа» было известно, как первоначальный «Лев» был устранен по неизвестной причине и заменен кем-то другим, и почти никто, кроме Садальмелик, не знал, что нынешний «Лев» — это фрагмент Бел-Мардука.

― Хорошо, пожалуйста, опусти меня…! — воскликнула Садальмелик.

Она слабо дрожала, чувствуя, что такими темпами действительно умрет. Только когда Бел-Мардук медленно убрал руку, она снова начала дышать.

― Хаф, хаф.

Садальмелик, промокшая от пота, смотрела на Бел-Мардука, ее глаза были полны ужаса.

― Но ты права.

― …..?

Садальмелик молча смотрела на Бел-Мардука, не понимая, что происходит у него в голове.

Злобно улыбаясь, Бел-Мардук заговорил.

― Давайте рассмотрим возможность того, чтобы присвоить Сумраку статус «Змееносца».

* * *

― Сумрак, Сумрак, Сумрак! Сумрак! — в ярости закричал Поллукс.

Сразу после телепортации Чанг Суна Поллукс был вынужден сражаться с Кали, и в результате ему пришлось очень несладко. Если бы Чанг Сун не покинул поле боя, Поллукс, скорее всего, не находился бы здесь, живой и дышащий.

― Несмотря на все твои громкие заявления, ты оказался очень слабым, Поллукс. Каково это — чувствовать себя слабаком теперь? — спросила Кали, с ухмылкой глядя на Поллукса.

― Я убью их, убью! Сумрак! Кали! Я убью их всех! — вопил Поллукс во всю мощь своих легких.

Для Поллукса Чанг Сун был мотыльком, который пролетел мимо, не зная своего места, а Кали — букашкой, которую он мог раздавить насмерть в любой момент. Поллукс считал их слабаками, заслуживающими лишь презрения, но теперь все было иначе. Однако теперь они сильно унизили его, причинив ему сильную боль.

Но Чанг Сун не возвращался, как бы Поллукс ни возмущался. Поллуксу ничего не оставалось, как подавить свой гнев, и он невольно начал грызть ногти. В этот момент он вдруг почувствовал чье-то присутствие сзади.

Поллукс обернулся и раздраженно воскликнул:

― Брат! Где тебя носило?

― Это Минерва…

Кастор тоже был не в лучшей форме. Возможно, все было бы иначе, если бы Поллукс помог ему, но Кастору было крайне тяжело сражаться с Минервой в одиночку. Так как до битвы он уже получил серьезные ранения, Кастор проигрывал; неизвестно, чем бы закончился бой, если бы Чанг Сун не сбежал, как и в случае с его братом.

Несмотря на ранения, Кастор пришел проведать брата, который, похоже, был в плохом состоянии… но Поллукс вместо этого лишь порицал Кастора.

Поллукс взвизгнул.

― Ты просто идиот! Как ты вообще мог потерпеть поражение от Минервы? Неужели ты ничего не можешь сделать как следует? Я попал в эту передрягу, потому что тебя здесь не было!

― …..

― Черт. Ты действительно разочаровываешь. В следующий раз сделай все как надо! Хорошо? — продолжил Поллукс.

― … Прости.

― Ты всегда так говоришь, но при этом всегда остаешься прежним!

Поллукс продолжал ворчать, хотя Кастор уже извинился. Подумав, что ему нужен хотя бы «Нектар», Поллукс стал искать Садальмелик, но ее нигде не было видно. Поллукс выругался:

― Куда подевалась эта сука? Ради всего святого, здесь нет никого полезного! Никого!

Кастор поджал губы, глядя на брата. У него тоже была отрублена рука и уничтожена половина головы. На самом деле Кастор был ранен сильнее, чем Поллукс, так что он был далеко не в порядке. Тем не менее Поллукс лишь гневно порицал Кастора, ни на секунду не беспокоясь о нем.

― Он всегда…! — подумал Кастор, стиснув зубы.

Как в тот раз, когда они вторглись в «Совиное Гнездо», Божественную Землю Минервы. Когда их вторжение не увенчалось успехом, Кастор выразил протест против приказа Поллукса отступить, но Поллукс не преминул унизить Кастора на глазах у всех. Хотя Кастор думал, что Поллукс позже извинится перед ним наедине, Поллукс так и не сделал этого, словно совсем забыл о случившемся.

Проблема заключалась в том, что инцидент в «Совином Гнезде» был А й ф р и д о м далеко не первым… Кастор провел со своим братом целую вечность, и подобные эпизоды происходили снова и снова. Поллукс всегда считал свои решения единственно верными и практически поработил Кастора, своего старшего брата.

Конечно, Кастор не раз выражал недовольство по этому поводу, но это помогало лишь на время. Похоже, Поллукс никогда не считал Кастора равным себе, и это всегда было источником глубокой обиды. Но вот они снова оказались в той же ситуации. В сложившейся ситуации было понятно, что Поллукс не обратил внимания на раны брата, напротив, он обращался с Кастором как с безмозглым подчиненным, хотя и сам проиграл битву.

― Почему он так со мной обращается?! — подумал Кастор, наблюдая за Поллуксом.

И хотя было неизвестно, знал ли Поллукс об обидах своего брата-близнеца, он больше не обращал внимания на Кастора, по крайней мере, до тех пор, пока его брат не нашел Садальмелик через некоторое время.

― Она с Бел-Мардуком? Неудивительно, что я не мог ее найти. Черт!

Поллукс снова выругался.

― …..

― Брат!

― … Да.

Поллукс даже не взглянул на Кастора:

― Приведи сюда Садальмелик.

― … Что?

― Что ты имеешь в виду? Неужели ты не можешь понять это, даже видя мое состояние? Я не могу пойти к ней в таком виде, а эта сука не из тех, кто с готовностью придет только потому, что я ее позову! Так что иди и приведи ее ко мне, — огрызнулся Поллукс, все еще обращаясь так, словно разговаривал с подчиненным.

Щелк!

В этот момент Кастор почувствовал, как что-то щелкнуло в его сознании.

― Поллукс, я тоже …!

― У тебя просто царапины! Мои раны гораздо серьезнее твоих! Посмотри на меня! — вмешался Поллукс.

― И все же.

― А, ладно. Забудь об этом, если не хочешь. Я не просил ничего особенного, но почему ты продолжаешь поднимать шум? Тормоз! Ладно, я сам пойду! — огрызнулся Поллукс, миновав Кастора и направившись в сторону Седальмелик.

Кастор уловил холодное выражение лица Поллукса и понял, что брат до сих пор даже не удосужился осмотреть его раны.

Щелк, щелк!

В голове Кастора щелкнула последняя соломинка. Он медленно протянул свою большую оставшуюся руку к Поллуксу.

― Теперь ты двигае…? — хмуро начал Поллукс, раздраженно обернувшись, но вынужден был замолчать, увидев пустые глаза Кастора.

Во взгляде Кастора, схватившего Поллукса, не было ни малейшего признака каких-либо эмоций или рассудка. Хотя он и пытался вырваться из крепкой хватки Кастора, Божественный Класс Поллукса уже пошатнулся настолько, что даже его «Мифы» были нестабильны, что означало невозможность противостоять Кастору с точки зрения физической силы.

― Б-брат! Что ты вдруг делаешь?! Успокойся! Возьми себя в руки…! — отчаянно закричал Поллукс.

― Ты всегда был таким.

― Брат…?

― Ты единственный великий, а я ничтожество, да? Так что…

Когда Кастор медленно открыл рот, Поллукс увидел нависшую над ним тьму; его лицо было смертельно бледным, резко контрастируя с этой тьмой.

― … Отдай мне свое величие.

― Н…!

Треск!

Крик Поллукса оборвался.

[Небожитель «Близнец» поглотил Небожителя «Близнеца»!]

[Разделенные Звездные Знаки объединились в один]

Кастор жевал очень долго.

Треск, треск!

Регрессия падшего созвездия

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии